Международная полицейская ассоциация (IPA) вручила медаль офицеру Збройних Сил України с позывным «Хасид». Это событие стало знаковым, так как впервые за долгое время представитель Украины с еврейским происхождением получает международную награду именно как боевой офицер действующей армии.
Награда была вручена за высокий профессионализм, отвагу и особый вклад в защиту Украины. Об этом сообщили Федерация еврейских громад Украины и издание JewishNews 22 ноября 2025 года. В решении IPA подчеркивается важность этого признания в контексте текущих событий в стране.
Представитель еврейской общины Украины, «Хасид» стал символом участия евреев в защите своей родины. Его награда — это напоминание о том, что евреи Украины активно участвуют в обороне страны, как и все другие граждане.
Информации о «Хасиде» в открытом доступе немного — он сознательно сохраняет анонимность. Однако его имя неоднократно появлялось в украинских медиа и соцсетях. Он служит как инструктор на линии фронта, обучая бойцов пехоты, механизированных подразделений и разведки с начала полномасштабного вторжения.
Кто такой «Хасид»?
В репортажах упоминается, что «Хасид» не показывает лицо и не раскрывает имя. Командиры отмечают, что через его обучение прошли тысячи военнослужащих — в соцсетях упоминается цифра «более 8 000 учеников».
Еврей по происхождению и человек веры
«Хасид» — еврей по национальности и человек религиозных взглядов. Он мотивирует бойцов духовными ценностями, утверждая, что «защищать Украину — это также о свете, который должен победить тьму». Эта фраза отражает хасидскую традицию, где свет рассматривается как сила, рассеивающая тьму.
Образ в обществе
В украинских соцсетях «Хасида» описывают как принципиального инструктора и строгого, но справедливого командира, который сочетает профессиональную подготовку с личной моральной позицией.
Что остается неизвестным
Полное имя и звание «Хасида» не публикуются. Некоторые враждебные ресурсы распространяли непроверенные версии о его службе в израильском спецназе, но официальные украинские источники таких заявлений не делали.
Видеоматериалы о «Хасиде»
Одно из первых подтвержденных появлений «Хасида» в медиа произошло 3 января 2023 года, когда он тренировал украинских бойцов. В видео он утверждает, что считает своим долгом передавать боевой опыт, чтобы спасать жизни.
В другом видео от 31 августа 2025 года сообщается, что «Хасид» лично подготовил более 8 000 элитных украинских бойцов и имеет международную сертификацию в израильских учебных центрах.
Награда от IPA
Международная полицейская ассоциация, основанная в 1950 году, вручает медали за отвагу и отличия за вклад в безопасность и защиту граждан. Награждение украинского офицера ЗСУ является важным событием, подчеркивающим высокий уровень профессионализма в условиях боевых действий.
История «Хасида» — это не только личное признание, но и маркер явления, о котором мы в Новости Израиля | Nikk.Agency регулярно пишем: еврейская община Украины активно участвует в защите своей страны. Тысячи украинских евреев служат в армии, работают как медики и волонтеры, поддерживая свою родину в это трудное время.
В последние дни внимание общественности привлекла ситуация вокруг комментариев пресс-секретаря Армии обороны Израиля Анны Уколовой. В эфире РБК она высказала мнение о возможностях Израиля в отношении иранских лидеров, что вызвало бурную реакцию в российских и иранских медиа.
Контекст и реакция
14 марта 2026 года в эфире РБК прозвучал вопрос о том, может ли Израиль повторить сценарий с взломом камер наблюдения в Москве, который ранее обсуждался в контексте Тегерана. Уколова ответила, что ликвидация высокопоставленных иранских лидеров демонстрирует серьезные возможности Израиля. Она подчеркнула, что никто, кто желает зла Израилю, не останется в стороне. Однако, ее слова были интерпретированы как угроза, что вызвало широкий резонанс.
Уже через два дня комментарий Уколовой был переформатирован в более агрессивный сюжет, где акцент сместился с возможностей на угрозу. Это подчеркивает, как медиа могут манипулировать информацией, создавая эмоциональные нарративы.
На Новости Израиля | Nikk.Agency, мы видим, как изначально нейтральные высказывания превращаются в угрозы, что подчеркивает важность критического восприятия информации.
Пропаганда и манипуляции
Иранские и российские медиа использовали слова Уколовой для создания образа Израиля как агрессора. В публикациях утверждалось, что Израиль контролирует все веб-камеры в России и может нанести удар по любому, включая президента Владимира Путина. Это уже не просто пересказ, а идеологически окрашенная переработка, направленная на создание страха и раздражения.
Российские пропагандистские площадки, такие как Царьград и Завтра, подхватили эту риторику, усиливая эмоциональную нагрузку и связывая Израиль с антиизраильскими настроениями. Это демонстрирует, как медиа могут формировать общественное мнение, используя манипулятивные техники.
Этнизация конфликта
Самое тревожное в этой ситуации — это переход от обсуждения действий конкретного государства к этническим стереотипам. Когда риторика начинает говорить о «евреях», а не о «Израиле», это уже выходит за рамки нормальной политической дискуссии и становится опасным. Критика израильской политики не является антисемитизмом, но когда она переходит в плоскость ненависти, это вызывает серьезные опасения.
Важно понимать, что подобные нарративы могут угрожать безопасности евреев как группы, подрывая легитимность еврейского государства. Поэтому необходимо внимательно анализировать информацию, чтобы не стать жертвой пропаганды.
Таким образом, ситуация с комментариями Уколовой подчеркивает, как быстро информация может быть искажена и использована для создания ненависти. Это важный урок для всех, кто следит за международной политикой и медийными нарративами.
17 марта 2026 года тема, о которой в Израиле говорили скорее как о тревожном сценарии, начала оформляться уже как публичный сюжет в крупных западных медиа. По данным The Wall Street Journal, россия расширила обмен разведданными и военное сотрудничество с Ираном, передавая ему спутниковые снимки, усовершенствованные технологии для дронов и тактические рекомендации по их применению. Reuters, пересказывая публикацию WSJ, отдельно указало, что не смогло независимо подтвердить эти сведения, а уже 18 марта Кремль назвал материал «фейковыми новостями».
Но даже с этой поправкой на степень подтверждения картина выглядит слишком знакомо, чтобы в Израиле ее недооценивать. Потому что речь идет не просто о дружбе двух режимов и не о дипломатическом обмене любезностями. Речь о переносе на Ближний Восток того военного опыта, который россия нарабатывала в войне против Украины — через кровь, через удары по городам, через постоянную технологическую гонку в воздухе.
Не просто помощь союзнику, а экспорт готовой модели войны
Согласно публикации WSJ, передаваемые Ирану технологии включают модернизированные компоненты для Shahed, которые должны улучшать связь, навигацию и наведение на цель. Параллельно, как ранее писала The Washington Post, россия, по словам чиновников, передавала Ирану и данные для наведения на американские силы в регионе, включая расположение военных кораблей и самолетов США на Ближнем Востоке.
Именно это делает историю особенно важной для израильской аудитории. Если раньше Иран в основном экспортировал в россию свои дроны и технологии, то теперь процесс явно идет в обе стороны. Москва возвращает Тегерану уже переработанный продукт: не просто «железо», а доработанные решения, проверенные в украинской войне, плюс тактику применения, отточенную под реальную ПВО, насыщенный фронт и постоянное противодействие.
Почему это выглядит так опасно именно для Израиля
По данным WSJ, россия делилась с Ираном не только технологиями, но и практическими рекомендациями — сколько дронов использовать в одной операции и с каких высот эффективнее наносить удары. Это уже не уровень «союзнической симпатии». Это, по сути, передача боевой методички. А когда такая методичка рождается в войне против Украины, следующий театр ее применения вполне может находиться уже рядом с Израилем, американскими базами и странами Залива.
В этом и заключается неприятный, но честный вывод: Украина для диктатур стала не только целью, но и полигоном. Там тестируются дроны, способы прорыва ПВО, ритм комбинированных атак, нагрузка на оборону противника и скорость адаптации. А потом этот опыт масштабируется. Не в теории. На наших глазах.
Украина как лаборатория, Ближний Восток как следующий этап
Украинский президент Владимир Зеленский 15 марта заявил Reuters, что россия уже поставляет Ирану Shahed для применения против США и Израиля, и назвал это «100% фактом». Еще через два дня, во время визита в Лондон, он охарактеризовал россию и Иран как «братьев по ненависти» и предупредил союзников, что война на Ближнем Востоке отвлекает внимание от Украины, одновременно подталкивая вверх нефтяные доходы москвы и создавая риск перераспределения западных систем ПВО в пользу другого фронта.
Для Израиля эта логика понятна без лишних пояснений. Чем дольше Украина вынуждена в одиночку сдерживать российскую беспилотную эволюцию, тем больше готовых решений накапливается у оси москва–Тегеран. И если эти решения затем уходят против израильских и американских целей, это уже не «параллельные войны», а единая цепочка обмена опытом, технологиями и оперативной логикой.
Именно поэтому НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency в такой истории видят не просто очередной эпизод российско-иранского сближения. Здесь важнее другое: москва продает Тегерану не только данные и детали, она фактически экспортирует саму практику современной войны — ту, которую десятки месяцев обкатывала на украинских городах, электростанциях и линиях обороны.
Что меняется, если война затягивается
Если нынешняя война затянется, риск не только в новых поставках комплектующих. Опасность в расширении самой номенклатуры помощи: больше разведданных, больше инженерных решений, больше совместной настройки дронов и, возможно, больше обмена по способам ударов по инфраструктуре и перегрузки систем ПВО. Это уже просматривается в самих сообщениях о спутниковой разведке, технологиях для Shahed и рекомендациях по тактике. Даже там, где детали еще остаются на уровне утечек, направление движения видно слишком отчетливо.
Что должен понять Запад, пока еще не поздно
Западу опасно смотреть на Украину и Израиль как на две отдельные папки в разных столах. AP 17 марта прямо писало, что война с Ираном уже крадет у Украины политическое внимание и может ограничить ее доступ к жизненно важным западным системам ПВО, тогда как рост нефтяных цен дополнительно играет на руку россии. Это означает, что каждая недосинхронизированная реакция союзников работает сразу на двух противников.
Сейчас главный вопрос уже не в том, помогает ли россия Ирану «немного» или «сильно». Главный вопрос в том, успеют ли демократические страны признать очевидное: война против Украины давно стала школой для авторитарных режимов, а ее уроки уходят дальше — к тем, кто воюет против Израиля и американского присутствия в регионе. И если этот процесс не ломать на этапе технологий, разведки и логистики, потом придется тушить уже последствия.
С 14 по 16 марта 2026 года президент Украины Владимир Зеленский сделал несколько значительных заявлений, адресованных как Западу, так и Израилю. В интервью, опубликованном 16 марта в The Jerusalem Post, он отметил, что Россия помогла Ирану усовершенствовать дроны Shahed, что теперь представляет угрозу для Израиля, стран Залива и американских сил в регионе. Зеленский также предложил идею обмена: у Израиля есть то, что нужно Украине, а у Украины — то, что может понадобиться Израилю.
Это интервью имеет особое значение для израильской аудитории. На фоне войны в регионе и дефицита дорогих перехватчиков, Зеленский фактически призывает Иерусалим рассмотреть Украину не как далекую европейскую страну, а как партнера, который уже сталкивается с угрозами, аналогичными тем, что существуют на Ближнем Востоке. В последние недели Reuters сообщал, что США, Катар и другие партнеры обсуждают с Киевом украинские решения по перехвату дронов Shahed, включая дешевые системы и обмен опытом.
В интервью Зеленский подчеркнул, что Украина стала полигоном для эволюции дронов Shahed, которые от ранних версий до современных модификаций значительно изменились. Он утверждает, что Россия не только использовала иранские дроны, но и помогала развивать этот класс оружия, опираясь на боевой опыт.
Зеленский также сообщил, что Иран передал России лицензии на производство дронов и помог построить два завода. Это подчеркивает, что речь идет о военно-технологическом обмене, который работает в обе стороны. Он отметил, что Москва, вероятно, делится с Тегераном обновленными технологиями, ссылаясь на детали одного сбитого дрона Shahed, где были обнаружены российские компоненты. Однако это заявление пока не подтверждено независимыми источниками.
Обращение к Израилю
Зеленский подтвердил, что израильская сторона выходила на него для обсуждения встречи с премьер-министром Биньямином Нетаньяху. Он выразил готовность к диалогу, подчеркивая взаимные интересы: «Он имеет то, что нужно мне, а я имею то, что нужно ему». Это не просто риторика, а приглашение к прагматическому разговору о ПВО, перехвате дронов и тактике защиты гражданской инфраструктуры.
Согласно Reuters, США и Катар уже обсуждают с Киевом украинские средства для борьбы с Shahed, а украинская делегация делилась опытом в Дохе и Абу-Даби. Интерес к украинским подходам к борьбе с дронами растет в странах Персидского залива, что свидетельствует о том, что украинский опыт становится экспортируемой военной экспертизой.
Взаимная выгода и стратегические последствия
Зеленский говорит с Израилем не языком абстрактной морали, а языком взаимной выгоды. Украина имеет значительный опыт противодействия дронам Shahed, что делает ее экспертизу ценной для Израиля. Он упомянул о 350–500 иранских дронах, которые запускаются ежедневно, что подчеркивает масштаб угрозы.
Однако, связывая Россию и Иран в единую угрозу, Зеленский подталкивает Израиль к более жесткому стратегическому выбору. Если Москва действительно помогла сделать иранские дроны более опасными, то израильская осторожность в отношениях с Кремлем становится менее устойчивой. Это создает неудобный вопрос для Иерусалима, касающийся не только войны в Украине, но и собственной безопасности Израиля.
Таким образом, интервью Зеленского становится не просто внешней повесткой, а разговором о том, как опыт войны в Украине может повлиять на оборону Израиля в условиях продолжающегося обмена технологиями между Тегераном и Москвой.
Подтвержденные факты и заявления
Подтверждено, что Зеленский действительно дал такое интервью и выразил готовность к разговору с Нетаньяху. Он также связал угрозу для Израиля с российско-иранским военным сотрудничеством. Однако главное техническое обвинение о том, что Россия передает Ирану улучшенные решения по Shahed, пока не подтверждено независимыми источниками.
На Ближнем Востоке уже видно, что ставка на массовые дроны меняет характер войны. Иран выпустил сотни ракет и более тысячи дронов, что создает серьезные вызовы для обороны. Поэтому интервью Зеленского стоит воспринимать не как эмоциональный призыв о поддержке Украины, а как предупреждение: Украина уже столкнулась с завтрашней войной дронов.
Если Израиль хочет понять, как будет выглядеть эта война в будущем, ему стоит не только слушать Киев, но и вести с ним предметный диалог, отказываясь от старых иллюзий о том, что угрозы со стороны России и Ирана можно рассматривать раздельно.
Для более глубокого понимания ситуации важно следить за развитием событий, так как они могут повлиять на безопасность Израиля и его стратегические решения в регионе. Новости Израиля | Nikk.Agency
Проект «Українсько-Єврейська Зустріч» продолжает освещать жизнь известных израильтян украинского происхождения, и на этот раз в центре внимания оказался Натан Щаранский. Этот выдающийся правозащитник и политик продолжает оставаться важной фигурой в дипломатических отношениях между Украиной и Израилем.
После начала широкомасштабного российского вторжения в Украину Щаранский занял четкую позицию, призывая израильское правительство осудить агрессию. Он подчеркивает, что Израиль должен поддерживать Украину в этот трудный период, что делает его голос особенно значимым.
Натан (Анатолий) Щаранский, родившийся в 1948 году в Сталино (ныне Донецк), стал одним из самых известных правозащитников и политиков израильского происхождения. Его активная общественная деятельность началась еще в студенческие годы, когда он учился в Московском физико-техническом институте. В середине 1970-х годов Щаранский присоединился к Хельсинкской группе и стал помощником академика Андрея Сахарова.
В СССР он активно участвовал в еврейском движении, организовывал демонстрации и протесты. В 1977 году его арестовали за антисоветскую агитацию, а в 1978 году он был осужден на 13 лет за шпионаж в пользу США. Лишь в 1986 году, благодаря международным усилиям, Щаранского обменяли на советского разведчика.
После возвращения в Израиль он основал «Сионистский форум» для поддержки репатриантов из СССР и в 1995 году создал партию «Израиль за алию». Щаранский стал депутатом Кнессета, занимал посты министра и вице-премьера, а также возглавлял исполнительный совет Еврейского агентства.
23 августа 2022 года Натан Щаранский был награжден орденом «За заслуги» III степени от президента Украины за вклад в укрепление межгосударственного сотрудничества и поддержку суверенитета Украины. В январе 2023 года он отметил свое 75-летие, продолжая активно работать в сфере правозащиты и дипломатии.
Таким образом, Натан Щаранский остается важной фигурой, способствующей укреплению связей между Израилем и Украиной, что имеет значительное значение для обеих стран в условиях текущих геополитических вызовов. Его деятельность подчеркивает важность международной поддержки и солидарности в борьбе за права человека и демократические ценности. Новости Израиля | Nikk.Agency
Война снова меняет лицо Европы — и не только на фронтах. Там, где звучали лозунги толерантности и прав человека, всё громче слышен шёпот старой ненависти. Антисемитизм — древний вирус континента — вновь просыпается, поднимаясь из подземных слоёв истории на улицы Берлина, Парижа и Брюсселя.
Массовые митинги, поджоги синагог, нападения на евреев — всё это уже не кадры из архивов 1930-х, а хроника европейских новостей 2025 года.
Но причины происходящего куда сложнее, чем просто политический спор о войне Израиля с ХАМАС. Это отражение глобального сдвига — того, как Россия, Иран и их идеологические партнёры используют антиизраильскую и антизападную риторику, чтобы поджечь Европу изнутри.
Когда антисемитизм снова стал “модным”
За последние месяцы уровень антисемитских инцидентов в Европе вырос в разы.
Во Франции — нападения на еврейские школы и кладбища.
В Германии — угрозы в адрес раввинов и израильских студентов.
В Великобритании полиция фиксирует рост преступлений на почве ненависти более чем на 500%.
Но опасность не только в цифрах.
Речь идёт о новой форме старого зла — антисемитизме под маской политического активизма.
Сегодня ненависть часто выдают за «борьбу с империализмом» или «солидарность с угнетёнными».
Вчера это называлось фашизмом, сегодня — “антиколониализмом”.
Суть не изменилась.
Многие эксперты отмечают: антисемитизм сегодня не всегда выражается именно в оскорблениях.
Он может скрываться за лозунгами, за “борьбой за свободу Палестины”, за искусственными нарративами, которые внедряются через соцсети и пропаганду.
Именно в этом — главная опасность новой волны.
Россия и ХАМАС — разные фронты одной идеологии
Европа и тени ненависти: почему антисемитизм возвращается и при чём здесь Россия и ХАМАС
В украинском контексте сравнение России и ХАМАСа звучит особенно точно.
Обе структуры действуют по одному принципу: террор как аргумент.
Путинская армия разрушает города Украины под лозунгом «освобождения», так же как ХАМАС убивает мирных жителей Израиля, прикрываясь «борьбой за справедливость».
Эта параллель не случайна.
Россия системно выстраивает идеологические и информационные связи с антизападными силами на Ближнем Востоке.
Москва оправдывает террор ХАМАС как “реакцию на израильскую агрессию”, а та, в свою очередь, называет войну России против Украины “борьбой с нацизмом”.
Фактически — это общий язык авторитарных режимов и экстремистских движений: всё позволено, если можно назвать это “сопротивлением”.
Антисемитизм как инструмент Кремля
Кремль не изобрёл ненависть — он научился её монетизировать.
Российские медиаструктуры годами создавали псевдоанализ, где Израиль и “еврейское влияние” подавались как причина мировой несправедливости.
Та же логика используется против Украины: “марионетки Запада”, “пособники НАТО”, “жертвы еврейского капитала”.
По сути, это не просто антисемитизм, а геополитическая технология.
Она работает на эмоциях, на страхах, на ощущении “украденной идентичности”.
Точно так же действуют и радикальные исламистские пропагандисты, вербуя последователей под лозунгом борьбы “с колонизаторами”.
Эти два потока — российский империализм и ближневосточный фанатизм — сливаются в одном: в ненависти к Западу, евреям и демократии.
Европа, потерявшая иммунитет
Многие европейские общества оказались не готовы к этой новой форме старой заразы.
После десятилетий мира и благополучия в них ослаб контроль над языком ненависти.
Свобода слова часто становится прикрытием для разрушительных нарративов.
Социальные сети переполнены “антиимпериалистическими” блогами, где Израиль называют «оккупантом», а Россию — «борцом с Западом».
Сотни таких страниц работают на одних и тех же серверах, часто финансируются из Москвы или Тегерана.
Так антисемитизм снова входит в мейнстрим — не через лозунги “бей евреев”, а через слова “поддержим Палестину”.
Это делает его особенно опасным: человек может быть жертвой пропаганды, не осознавая, что повторяет язык тех, кто оправдывает террор.
Палестинский нарратив как зеркало российской агрессии
Когда ХАМАС оправдывает нападения на Израиль лозунгами “борьбы с оккупацией”, в этих фразах легко узнать лексику Кремля: “денацификация”, “освобождение”, “исторические территории”.
В обоих случаях насилие оправдывается “высшей целью”.
Авторитарные пропагандисты научились использовать слова “свобода” и “справедливость” как дымовую завесу.
Так же Россия оправдывает убийства украинцев, как ХАМАС — израильтян.
Разница лишь в масштабе: методы одинаковы, аудитории разные.
Об этом всё чаще говорят и в Израиле, и в Украине: террор, где бы он ни происходил, всегда питается безнаказанностью.
Идеология ненависти и западная усталость
Современная Европа устала от войны.
Но усталость — идеальная почва для манипуляции.
Когда люди перестают различать оттенки, лозунг “за мир” может обернуться оправданием террора.
В университетах Европы проходят митинги “в поддержку Палестины”, где звучат призывы “очистить землю от сионизма”.
В этих фразах нет ничего гуманистического — это язык ненависти, только в новой обёртке.
Так антисемитизм снова становится приемлемым — если он скрыт под маской “справедливости”.
Украина, Израиль и моральная связка
Украина и Израиль оказались по одну сторону реальности, где террор — это идеология, а правда требует силы.
Для Киева очевидно: когда Запад не реагирует на одни проявления террора, он провоцирует другие.
Неназванное зло растёт быстрее, чем признанное.
Украина неслучайно поддерживает Израиль в его борьбе с ХАМАС.
Обе страны — мишени пропагандистских атак, дезинформации и международного давления.
Для обеих слово “самооборона” стало не просто юридическим термином, а вопросом выживания.
Как Кремль играет на антисемитских настроениях
Россия активно внедряет антисемитские и антиизраильские нарративы в западные медиа.
Под видом “альтернативных точек зрения” в сети распространяются тексты о «еврейских элитах», «сионистском контроле» и «мировом сговоре».
Эти же тезисы звучали и в 1930-х — только теперь вместо газет их тиражируют анонимные телеграм-каналы.
Нередко антисемитизм становится “побочным продуктом” пророссийской пропаганды.
Те, кто оправдывает войну против Украины, часто используют те же риторические конструкции, что и антисемиты: поиск врага, теория заговоров, культ “униженной державы”.
Почему это важно сейчас
Потому что история снова стучит в двери Европы.
Антисемитизм — это не просто проблема евреев. Это лакмус состояния общества.
Когда ненависть к евреям становится нормой, значит, разрушаются основы демократии.
Сегодняшние крики на площадях “от моря до реки” — это не лозунг свободы, а предупреждение.
И если Европа не сделает выводы сейчас, завтра эта волна захлестнёт её саму.
Что может остановить новую волну ненависти
1. Жёсткая реакция властей.
Государства должны квалифицировать антисемитизм как угрозу национальной безопасности, а не просто как преступление на почве ненависти.
2. Ответственные медиа.
СМИ обязаны перестать приравнивать агрессора и жертву.
Террористические организации не могут быть “равноправной стороной конфликта”.
3. Образование и память.
Европа не имеет права забывать, куда уже приводило молчание перед лицом антисемитизма.
Каждый новый случай должен рассматриваться как тревожный сигнал, а не как “эксцесс толпы”.
4. Солидарность стран, которые знают цену террора.
Украина и Израиль должны оставаться союзниками — не только в политике, но и в смыслах.
Их опыт сопротивления террору — это не два отдельных сюжета, а одна линия обороны цивилизованного мира.
Итог
Европа снова оказалась на перекрёстке.
С одной стороны — усталость, цинизм, фальшивый нейтралитет.
С другой — ясность: террор нельзя уравновешивать, его нужно останавливать.
Россия и ХАМАС — два проявления одной болезни, которая питается безнаказанностью и страхом.
И пока в Европе ищут оправдания тем, кто стреляет в детей, ненависть продолжает менять флаги, но не суть.
Мир начнётся там, где перестанут оправдывать зло — под любыми лозунгами.
И если Европа хочет остаться Европой, ей придётся вспомнить, почему она клялась: никогда больше.
16 марта 2026 года ТАСС опубликовал заявление, которое стало политическим ударом: Украина может стать «соучастницей агрессии США и Израиля против Ирана». Это заявление сделано на фоне обвинений со стороны официального представителя МИД Ирана Эсмаила Багаи, который упрекнул Владимира Зеленского в попытках втянуть Киев в конфликт с Тегераном через отправку военных советников для помощи союзникам США. В интерпретации ТАСС это уже не просто оборонительная помощь, а фактически участие Украины в лагере «агрессоров».
Важно не только то, что сказал Багаи, но и как это было подано. Иранский дипломат утверждает, что такое поведение означает «соучастие в конфликте» и «сотрудничество с агрессорами против Ирана», что может повлечь за собой «международную ответственность». Это не просто эмоциональная реакция, а попытка создать политико-пропагандистскую рамку, в которой любой шаг Киева можно будет трактовать как «враждебное действие» против Исламской Республики.
На фоне этих заявлений стоит отметить, что 5 марта Reuters сообщал о том, что Зеленский распорядился о помощи для защиты от иранских дронов на Ближнем Востоке. 15 марта стало известно, что Киев направил группы специалистов для оценки ситуации в таких странах, как Катар, ОАЭ и Саудовская Аравия. Зеленский подчеркивал, что Украине важны технологии и финансирование в обмен на такую помощь.
Для израильского читателя подобные маневры Тегерана знакомы. Когда Иран не может отрицать, что его дроны представляют собой угрозу, он меняет акцент и пытается обвинить тех, кто помогает сбивать эти дроны. Формулировка «международной ответственности» служит языком давления, создавая политическое основание для дальнейших угроз и дипломатического давления на Украину.
Если убрать шум, остается главное: иранская атака на Киев выглядит как перевернутая реальность. Иран стал ключевым поставщиком для российской войны против Украины. 29 января 2026 года Совет ЕС заявил о продолжающейся военной поддержке Ираном России, вводя новые ограничения против иранских программ дронов и ракет. Это уже не просто политологические споры, а официальная позиция Евросоюза о военно-технологическом партнерстве Ирана и России.
К середине марта 2026 года ситуация стала еще более запутанной. Зеленский сообщил, что Россия поставляет Ирану дроны для атак на США и Израиль. Это подчеркивает, что иранская помощь Кремлю для ударов по Украине теперь возвращается на Ближний Восток как элемент общей антиизраильской и антизападной военной инфраструктуры. Мы наблюдаем не два разрозненных кризиса, а единую линию обмена оружием и технологиями.
Для Израиля это важно, так как Иран фактически признает, что украинский опыт борьбы с дронами стал стратегически ценным для стран Ближнего Востока. Это вызывает раздражение Тегерана, который понимает, что борьба против его дронов уже не только украинская тема, а часть новой архитектуры безопасности региона.
На ближайшей дистанции, скорее всего, мы увидим новый виток давления на Украину через угрозы и пропаганду. Однако глубже стоит отметить, что Иран уже публично признает важность борьбы с его дронами для безопасности на Ближнем Востоке, что делает эту историю актуальной и для Израиля.
16 марта 2026 года Иерусалим вновь оказался под угрозой в результате ракетного обстрела со стороны Ирана. На этот раз фрагменты перехваченных ракет были обнаружены вблизи ключевых святынь города, таких как Храм Гроба Господня, Храмовая гора и Еврейский квартал. Это событие подчеркивает, что под угрозой находятся не только жилые районы, но и символические места, которые имеют огромное значение для израильтян.
Для местных жителей этот инцидент воспринимается не просто как военная атака, а как вторжение в священные пространства, где пересекаются безопасность, религия и государственность. Удары по таким местам вызывают особую тревогу, так как они затрагивают не только физическую безопасность, но и духовные и культурные аспекты жизни в Израиле.
По данным полиции, обломки ракет упали в нескольких районах столицы, включая Восточный Иерусалим, где один из фрагментов повредил жилой дом. Другие осколки были зафиксированы у Национальной библиотеки и в Старом городе, что делает этот инцидент особенно чувствительным. Важно отметить, что обломки были найдены и на территории Храмовой горы, что добавляет дополнительный уровень напряженности.
На Храмовой горе, в комплексе Гроба Господня и рядом с Кнессетом находятся не просто географические точки, а символы, которые олицетворяют Иерусалим как город веры и власти. Даже если речь идет о фрагментах, которые не попали в святыни, сам факт их падения меняет восприятие угрозы.
Как сообщает Новости Израиля | Nikk.Agency, война против Израиля давно выходит за рамки фронтовой географии. Когда ракеты падают рядом с Кнессетом и в сердце Старого города, под угрозой оказывается не только инфраструктура, но и символический центр страны.
Последствия и пострадавшие
Спасательные службы сообщили о повреждениях, но, к счастью, жертв в Иерусалиме удалось избежать. Один из мужчин получил легкий ожог руки, когда коснулся раскаленного обломка. Этот случай подчеркивает, что опасность не заканчивается с окончанием сирены, и призывает жителей быть осторожными.
Опасность человеческой беспечности
Полиция вновь призвала граждан не приближаться к обломкам ракет, даже если они кажутся безопасными. Часть фрагментов может оставаться горячей или содержать опасные элементы. Власти настоятельно рекомендуют сообщать о таких находках, а не пытаться осматривать их самостоятельно.
Изменения для Израиля и Иерусалима
Когда под угрозой оказываются такие важные места, как Кнессет и святыни Старого города, смысл атаки становится более глубоким. Это не просто физический удар, а попытка подорвать образ Иерусалима как защищенного центра государства. Даже успешный перехват ракет не исключает угрозы, если обломки достигают таких священных мест.
Новая норма войны
История 16 марта 2026 года — это не просто очередной обстрел. Это сигнал о том, насколько близко находятся угрозы к местам, которые имеют огромное значение для миллионов людей. Израиль сталкивается с новой реальностью, где столица живет между перехватом и последствиями этих перехватов.
Евреи из Украины, в том числе и из Галичины, сыграли значительную роль в формировании современного Израиля.
Одной из знаковых историй стало основание в 1920 году первой сионистской коммуны «Бейтания-Иллит», связанной с молодежным движением «Шомер ха-Цаир». Это был не просто эксперимент, а целая философия, которая легла в основу многих будущих кибуцев.
Молодые евреи из Галичины, вдохновлённые идеями возвращения на Землю Израиля, приехали сюда, чтобы строить новую жизнь. Их объединяла принадлежность к движению «Шомер ха-Цаир», основанному на принципах коллективизма, равенства и труда.
Коммуна распалась после 8 месяцев тяжелых испытаний, но породила после себя десятки кибуцев и лидеров Израиля.
Коммуна Бейтания-Иллит была расположена в Нижней Галилее, неподалёку от Кинерета, в месте пересечения дорог к кибуцу Алумот.
В 1964 году здесь был открыт мемориал, посвящённый движению «Шомер ха-Цаир» и 73 кибуцам, основанным участниками этого движения — вот где он на карте.
Памятник, напоминающий шатёр, был спроектирован архитектором Йехиэлем Арадом. С вершины мемориала открывается панорамный вид на Иорданскую долину, Кинерет, Голанские высоты и Хермон.
Именно здесь, в 1921 году, завершился эксперимент, ставший легендой в истории сионизма.
Весной 1921 года завершился эксперимент, который вошёл в историю как «галицкий проект».
Летом 1920 года «галицкий десант» из 131 человека прибыл в Галилею. Это были юноши и девушки, многие из которых покинули Львов и другие города Западной Украины. Их главная цель заключалась в создании нового типа еврейского общества.
Проблемы и вызовы коммуны
Молодёжь столкнулась с множеством трудностей. Жизнь в Бейтании была полна испытаний:
Суровые условия проживания: шатры и временные укрытия не спасали от сильных ветров и зимнего холода.
Нехватка еды: питание было скудным, а физический труд — изнурительным.
Конфликты в группе: участники обсуждали личные качества друг друга, что часто приводило к ссорам и напряжённости.
Постоянная нехватка ресурсов, болезни и внутренние конфликты в конечном итоге привели к распаду коммуны весной 1921 года. Тем не менее, её участники стали основателями многих кибуцев в Израиле.
Лидеры «галицкой волны» и их вклад
Имя
Город происхождения
Вклад в Израиль
Дов Оппер
Золочев
Организатор «Шомер ха-Цаир», погиб в 1920 году.
Арье Алвейль
Бибрка
Художник, основатель героического стиля в искусстве.
Меир Вальд (Яари)
Перемышль
Лидер движения «Шомер ха-Цаир», депутат Кнессета.
Биньямин Фрайфогель
Станиславов (Ивано-Франковск)
Основатель кибуца Бейт-Альфа, лидер профсоюзов.
Давид Горовиц
Дрогобыч
Первый директор Минфина, глава Банка Израиля.
Аба Хуши
Турка
Мэр Хайфы, лидер Партии рабочих Земли Израиля.
Шмуэль Голан
Підволочиськ
Основатель израильской школы психоанализа.
Чем всё закончилось
Бейтания – первая коммуна первого в мире движения сионистской молодежи «Шомер ха-Цаир», распалась после восьми месяцев тяжелых испытаний, но породила после себя десятки кибуцев и лидеров Израиля. Почти все предводители и участники этого эксперимента были евреями из городов и городков Галичины.
Именно из этого региона современной Украины в конце июля 1920-го на Землю Израиля прибыл организованный «десант» – 131 человек, знакомый по собранию в группах «Шомер ха-Цаир», всем по 18-20 лет. Большинство – ребята, остальные – девушки.
Они оставили родителей и обилие ради возвращения из диаспоры на свою землю. Они бросили городской уют ради тяжелого труда. Их вдохновляла идея создания Нового Человека – свободного еврея на древней Родине.
После распада Бейтании-Иллит её участники спустились в долины Галилеи и стали основателями множества кибуцев. Несмотря на трудности, эксперимент не был напрасным — он заложил основу для будущих сионистских поселений.
Кибуцы, созданные этими идеалистами, стали не только экономическими, но и культурными центрами молодого Израиля. Их идеи коллективизма и труда вдохновили новые поколения сионистов.
Историческое наследие
Бейтания-Иллит остаётся символом мужества, самопожертвования и веры в идеалы. Сегодня, когда мы говорим о взаимоотношениях Украины и Израиля, важно помнить о том, как евреи из Галичины внесли свой вклад в построение современного еврейского государства.
Наш сайт НАновости — Новости Израиля подчеркивает, что история Бейтании — это пример того, как смелость и стремление к свободе могут изменить будущее целого народа.
Израильская разведка давно стала частью глобального политического мифа. О Моссаде говорят как о почти абстрактной силе — без лиц, без биографий, без прошлого. Однако у любой институции есть человеческое измерение. Если внимательно посмотреть на историю руководства Моссада, особенно во второй половине XX — начале XXI века, становится очевидно: ключевые этапы становления и усиления израильской разведки связаны с людьми, чьи корни уходят в Украину.
Речь не о влиянии государств и не о внешнем контроле. Речь о людях, сформированных опытом еврейской жизни в Одессе, Харькове, Херсоне — городах, где безопасность никогда не была гарантией, а умение выживать становилось частью повседневной культуры. Этот опыт оказался востребованным в момент, когда молодому государству Израиль требовалась не просто разведка, а система выживания. На это обратил внимаение Валерий Боянжу в «Одесская жизнь».
Украинская еврейская реальность как фактор мышления
Евреи из Украины: как выходцы из Украины формировали «Моссад» — украинский след в израильской разведке
Еврейская Украина конца XIX и первой половины XX века была пространством постоянного риска. Погромы, революции, смена империй, Гражданская война, сталинские репрессии, нацистская оккупация — всё это не абстрактные главы учебников, а личная память тысяч семей. Для этих людей государство редко было источником защиты. Чаще — источником угрозы или, в лучшем случае, безразличия.
Именно в такой среде формировался тип мышления, основанный на трёх принципах: не доверять декларациям, проверять реальность и действовать заранее. Этот подход позднее стал одной из негласных основ израильской системы безопасности.
Моссад как продукт не только государства, но и диаспоры
Официально Моссад был создан в 1949 году, уже после провозглашения независимости Израиля. На раннем этапе это была компактная структура с ограниченными ресурсами. Однако довольно быстро она начала опираться на людей с опытом подпольной борьбы, военной разведки и жизни в условиях постоянной угрозы.
Выходцы из Восточной Европы, включая Украину, органично вписались в эту логику. Они не воспринимали безопасность как нечто данное. Для них она всегда была процессом, а не состоянием.
Меир Амит (1963–1968): харьковские корни и системная трансформация
Меир Амит (ивр. מאיר עמית, урожденный Меир Хаимович Слуцкий) возглавлял Моссад в 1963–1968 годах, в период, когда разведка Израиля переходила от этапа становления к этапу институциональной зрелости. Хотя Амит родился уже в Израиле, его родители происходили из Харькова — одного из крупнейших еврейских интеллектуальных центров Восточной Европы.
В англоязычных биографиях стабильно упоминают, что он двоюродный брат поэта Бориса Слуцкого, а сам Слуцкий вырос/формировался в Харькове (это уже про поэта).
Этот фон отразился в его управленческом стиле. Амит был противником импровизации ради героизма. Он настаивал на аналитике, структурировании данных и стратегическом планировании. Именно при нём Моссад стал не просто набором операций, а частью единой архитектуры национальной безопасности.
В годы его руководства разведка сыграла ключевую роль в подготовке к Шестидневной войне. После ухода с поста Амит не исчез из публичной жизни: он стал депутатом Кнессета, участвовал в экономических и технологических проектах, включая телекоммуникации и оборонную промышленность. Это подчёркивает важную деталь: для этого поколения разведка не была изолированной профессией, а частью общего государственного мышления.
Ицхак Хофи (1974–1982): одесский прагматизм в эпоху кризиса
Ицхак Хофи (ивр. יצחק חופי, имя при рождении Ицхак Побережский) возглавлял Моссад в 1974–1982 годах — одном из самых сложных периодов в истории Израиля. Его руководство пришлось на время после войны Судного дня, рост международного терроризма и усиление угроз за пределами Ближнего Востока.
Хофи родился в подмандатной Палестине, но его родители эмигрировали из Одессы. Одесская еврейская среда всегда сочетала иронию, осторожность и жёсткий реализм. Этот культурный код отразился и в его стиле управления.
Хофи избегал публичности и считал, что лучшая операция — та, о которой не знают ни журналисты, ни политики. При нём Моссад значительно расширил международные сети агентуры и укрепил способность действовать за пределами региона, включая Европу и другие континенты.
Меир Даган (2002–2011): Херсон, Холокост и отказ от иллюзий
Наиболее известной фигурой с украинскими корнями стал Меир Даган (урожденный Губерман, в другой транскрипции Хуберман (Huberman)), возглавлявший Моссад в 2002–2011 годах. Он родился в Херсоне в 1945 году в семье, пережившей нацистскую оккупацию. (в некоторых источниках указан 1947 год ; местом рождения Дагана также называется Одесса ).
Его дед был убит во время Холокоста, и эта семейная трагедия стала частью его мировоззрения.
Даган пришёл в разведку из армии, прошёл через ключевые войны Израиля и сформировал репутацию человека, не верящего в «добрую волю» противника. В его кабинете долгие годы хранилась фотография погибшего родственника — не как символ мести, а как напоминание о цене стратегических ошибок.
При Дагане Моссад сосредоточился на превентивных действиях против стратегических угроз, включая ядерные программы противников Израиля. Он последовательно выступал против иллюзий дипломатического умиротворения и считал, что разведка обязана предотвращать угрозы до того, как они станут предметом публичных дискуссий.
При этом за жёстким образом скрывался человек с неожиданными интересами. Даган увлекался живописью и скульптурой, был вегетарианцем и ценил нестандартное мышление. Эта комбинация внутренней рефлексии и стратегической жёсткости делала его одной из самых противоречивых фигур в истории израильской разведки.
Общий знаменатель: опыт нестабильности
Объединяет этих людей не география как таковая, а опыт жизни в условиях нестабильности, характерный для еврейской Украины. Этот опыт сформировал несколько ключевых принципов, которые позднее стали основой израильской разведывательной культуры:
абсолютное недоверие к декларациям без подтверждения;
готовность действовать в условиях неопределённости;
понимание, что слабость государства всегда воспринимается как приглашение к агрессии;
ориентацию на долгосрочное выживание, а не краткосрочный политический комфорт.
Мифы вокруг «украинского следа»
В последние годы тема украинских корней руководителей Моссада нередко используется в пропагандистских целях. Это искажение реальности. Моссад всегда был и остаётся инструментом израильского государства, подчинённым его законам и политическому руководству.
Украинские корни его руководителей — это часть истории еврейской диаспоры, такой же, как польская, литовская, немецкая или иракская. Попытки превратить этот факт в политическую сенсацию лишь упрощают сложную и трагическую историю XX века.
Почему это важно сегодня
На фоне продолжающейся войны в Украине и затяжного конфликта вокруг Израиля исторический контекст приобретает новое значение. Украинские евреи — это не «мост влияния» и не политический инструмент. Это часть общей исторической ткани, в которой переплелись судьбы Украины, Израиля и еврейского народа.
Понимание этого позволяет лучше увидеть логику израильской безопасности — логику, сформированную не абстрактными доктринами, а реальным опытом утрат, бегства и выживания.
Вместо финальной точки
История Моссада — это история конкретных людей, которые принесли в него не только профессиональные навыки, но и личную память о том, что происходит, когда безопасность недооценивают. Украинский еврейский след в этой истории — не сенсация и не аргумент в политических спорах.
Это напоминание о том, что из Одессы, Харькова и Херсона путь иногда вёл не только в эмиграцию, но и в самое сердце системы, отвечающей за выживание государства.
