5 июля 2026 года в Израиль прибыла украинская делегация врачей и пациентов для участия в важной медицинской программе в рамках проекта UNBROKEN. Украинские специалисты и пациенты будут проходить обучение и протезирование глаз в больнице «Бней Цион» в Хайфе.
Об этом сообщила общественная активистка и волонтерка Анна Жарова, подчеркнув, что проект стал результатом сотрудничества украинских и израильских врачей, волонтеров, общественных организаций и дипломатических структур.
В условиях войны, когда Украина ежедневно переживает последствия российских обстрелов, такие инициативы имеют особое значение. Они помогают не только конкретным пациентам, но и создают основу для долгосрочной медицинской помощи в самой Украине.
Главная цель проекта — не просто провести отдельные операции в Израиле, а передать украинским врачам израильский опыт, который в будущем сможет работать во Львове.
Проект UNBROKEN во Львове стал одним из самых известных украинских центров восстановления людей, пострадавших от войны. Здесь помогают военным и гражданским, которые получили тяжелые травмы, потеряли конечности, зрение, пережили сложные операции и нуждаются в долгой реабилитации.
Теперь к этому направлению добавляется еще один важный этап — развитие протезирования глаз с участием израильских специалистов. Для пациентов, потерявших глаз или получивших тяжелые травмы лица, протезирование — это не только медицинская процедура, но и возвращение к нормальной жизни.
Израильская медицина давно известна высоким уровнем офтальмологии, реконструктивной хирургии и реабилитации. Поэтому участие больницы «Бней Цион» в таком проекте открывает для украинских пациентов и врачей крайне важную возможность. Украина получает не просто помощь здесь и сейчас, а знания, технологии и практический опыт, который сможет применять у себя дома.
Организатором стажировки в Израиле стала израильская организация לב אחד — One Heart — Lev Echad. К организации мероприятий в Израиле и волонтерской поддержке во время операций по приглашению присоединились Israeli Friends of Ukraine. Важную поддержку проекту оказали Посольство Украины в Израиле, посол Украины в Израиле Евгений Корнийчук, консул Алекс Зернопольский, а также украинский волонтерский центр «Разом».
Именно такие партнерства сегодня особенно важны. Когда рядом работают врачи, волонтеры, дипломаты, общественные организации и медицинские центры, помощь становится не разовой акцией, а настоящей системой. Новости Израиля | Nikk.Agency отмечают, что подобные проекты показывают живую силу украинско-израильского сотрудничества: оно строится не только на официальных встречах, но и на конкретных делах, которые меняют человеческие судьбы.
Один из самых важных результатов этой программы должен появиться уже в Украине. По словам Анны Жаровой, в ближайшее время во Львове планируется создание медицинского центра протезирования глаз, который будет работать с учетом израильского опыта и в сотрудничестве с израильскими специалистами. Это значит, что пациенты в Украине смогут получать специализированную помощь ближе к дому.
Для страны, которая ежедневно сталкивается с последствиями войны, такой центр необходим. Травмы глаз и лица — одни из самых тяжелых последствий взрывов, ракетных ударов, артиллерийских обстрелов и минно-взрывных ранений. Многие люди после таких травм нуждаются не только в операции, но и в долгом медицинском, психологическом и социальном восстановлении.
Создание центра во Львове позволит украинским врачам развивать новое направление, а пациентам — получать помощь быстрее и доступнее. В этом и заключается настоящая ценность международного сотрудничества: не просто привезти пациентов на лечение, а помочь Украине создать собственную сильную медицинскую базу.
В своем посте Анна Жарова написала, что на фоне постоянных обстрелов Украины и тяжелых новостей особенно важно видеть людей, которые продолжают делать маленькие и большие дела. Эта фраза очень точно описывает суть проекта. Пока война разрушает города и судьбы, волонтеры, врачи и общественные организации продолжают восстанавливать то, что можно восстановить.
Они ищут партнеров, договариваются с больницами, находят финансирование, сопровождают пациентов, помогают врачам и создают новые возможности там, где еще вчера их не было. Это и есть настоящая народная дипломатия. Не декларации, не громкие слова, не формальные фотографии, а конкретная помощь конкретным людям.
Когда украинский пациент получает шанс на восстановление в израильской больнице, а украинский врач получает знания, которые потом будут помогать десяткам и сотням пациентов во Львове, — это и есть реальное партнерство между странами.
Для Украины проект UNBROKEN в Израиле — это возможность усилить собственную медицину в одном из самых сложных направлений. Для Израиля — это шанс показать свой лучший опыт, свою медицинскую экспертизу и свою человеческую солидарность с людьми, пострадавшими от войны.
Израиль знает, что такое травма, террор, потеря близких и необходимость быстро восстанавливать людей после тяжелых ранений. Украина сегодня проходит через огромную национальную боль, и именно поэтому израильский опыт может быть для нее особенно ценным. Такие проекты соединяют две страны не лозунгами, а делом.
Врачи передают знания. Волонтеры создают условия. Дипломаты помогают открывать двери. Пациенты получают шанс на восстановление. А во Львове постепенно формируется новый медицинский центр, который сможет стать частью большой системы помощи людям, пострадавшим от войны.
Прибытие украинской делегации в Израиль в рамках проекта UNBROKEN — это история о поддержке, профессионализме и вере в восстановление. Это история о том, как израильская медицина может помочь Украине не только лечить отдельных пациентов, но и строить новые медицинские возможности внутри страны.
Это история о людях, которые не ждут идеальных условий, а продолжают делать важные дела. Именно благодаря таким проектам слово «помощь» перестает быть абстрактным. Оно становится операцией, обучением, новым центром, восстановленным лицом, возвращенной уверенностью и шансом для человека снова почувствовать себя собой.
В ночь на 6 июля 2026 года Киев снова проснулся не от привычных звуков городской жизни, а от взрывов. Российские террористы нанесли массированный комбинированный удар по Украине, сосредоточив свои усилия на столице. Это уже второй тяжелый удар за четыре дня: в ночь на 2 июля российская атака унесла 31 жизнь, более сотни человек были ранены. Теперь снова многоэтажки, огонь и спасатели на лестницах, снова люди под завалами.
По данным Воздушных сил Украины, в ночь на 6 июля россия запустила 419 средств воздушного нападения — 68 ракет и 351 беспилотник. Среди них были противокорабельные ракеты, баллистические и крылатые ракеты, а также ударные БПЛА различных типов. Украинская ПВО смогла сбить или подавить 363 цели, однако главная трагедия этой ночи заключается в том, что 29 баллистических ракет и 18 ударных БПЛА достигли своих целей.
По состоянию на утро 6 июля в Киеве было известно об 11 погибших и около 60 раненых, среди которых трое детей. Это не просто цифры — за каждой из них стоит человеческая судьба. Люди, которые вечером были дома, теперь стали жертвами атаки. Самые тяжелые последствия зафиксированы в Подольском и Дарницком районах столицы, где разрушены жилые многоэтажки и продолжаются поиски пострадавших.
На Урловской улице после удара были повреждены многоэтажные дома, а среди обломков остались детские игрушки. Это и есть лицо российской войны. Люди выбегали из своих домов в том, в чем были, спасая не только себя, но и домашних животных. В одном из разрушенных домов в Подольском районе погибла целая семья — мать, отец и сын.
Удар пришелся не только по столице. В Киевской области Зеленский сообщил о 3 погибших и 26 пострадавших, среди которых двое детей. В Вишневом продолжался пожар на месте ракетного удара, проводилась эвакуация людей из частного сектора. Даже после взрыва опасность не закончилась — людей эвакуировали из-за риска повторной детонации.
Президент Украины отметил, что украинские военные хорошо справляются с дронами и крылатыми ракетами, но не могут остановить российскую баллистику из-за нехватки ракет-перехватчиков для систем Patriot. Именно эти ракеты являются ключевым средством защиты от баллистических ударов. Зеленский призвал США и европейских партнеров принять решения по защите украинского неба на саммите НАТО в Анкаре.
Эта атака произошла накануне саммита НАТО, и Зеленский предупреждал о возможном новом массированном ударе. Российская власть демонстрирует силу, показывая, что ее агрессия не останавливается сама. С 2022 года россия снова и снова показывает, что ее агрессия требует жесткого ответа.
После таких ночей особенно горько слышать привычный язык международных организаций. Для людей, которые ждут под завалами, это не помощь. Они нуждаются в системах ПВО и конкретных действиях, а не в декларациях. Мир не может каждый раз удивляться тому, что россия снова убивает мирных жителей. Это уже не “шок”, это система.
В украинском обществе все чаще звучит вопрос: что будет, если терпение людей окончательно закончится? Союзники Украины должны действовать сейчас, чтобы право на защиту не превратилось в отчаяние. Ночь на 6 июля 2026 года стала еще одним доказательством: россия не ищет мира, она проверяет слабость.
Для израильской аудитории это должно быть особенно понятно. В Израиле знают, что такое ночь под ракетами. Именно поэтому Новости Израиля | Nikk.Agency обращает внимание на эту деталь: украинский вопрос сегодня — это не только вопрос фронта. Это вопрос права мирных людей спать в своих квартирах и не погибать от ракет.
Речь идет прежде всего о кормовой кукурузе и импорте: Израиль почти не выращивает ее в промышленных объемах, поэтому украинские 934 тыс. тонн могут составлять около 79% израильского кукурузного импорта.
Израиль вошел в пятерку крупнейших покупателей украинской кукурузы по итогам 2025/2026 маркетингового года.
Это не просто аграрная статистика.
Для Израиля эта цифра напрямую связана с кормами, птицей, яйцами, молочной отраслью, ценами на базовые продукты и продовольственной устойчивостью страны.
По данным, которые приводит Fixygen со ссылкой на Украинскую зерновую ассоциацию, Украина за сезон экспортировала 21 млн тонн кукурузы. Крупнейшим покупателем стала Турция — 6,5 млн тонн. Далее идут Италия — 3,8 млн тонн, Испания — 1,9 млн тонн, Нидерланды — 1,7 млн тонн и Израиль — 934 тыс. тонн. Общий экспорт зерновых и масличных культур из Украины в 2025/2026 маркетинговом году составил 41,1 млн тонн, что на 12% меньше, чем в предыдущем сезоне.
Почему почти миллион тонн — это много для Израиля
79% кукурузы в Израиле — из Украины: как зерно стало частью продовольственной безопасности страны
На фоне Турции, которая закупила 6,5 млн тонн украинской кукурузы, израильские 934 тыс. тонн могут показаться скромной цифрой.
Но для Израиля масштаб другой.
Израиль — небольшая страна с ограниченными земельными и водными ресурсами.
Он не может закрыть внутренние потребности в кормовом зерне собственным производством.
По оценке FAS USDA — международной аграрной службы Министерства сельского хозяйства США — Израиль почти полностью зависит от импорта кукурузы для кормовой и крахмальной промышленности.
USDA в отчете по Израилю прямо указывает, что страна является незначительным производителем кукурузы из-за водных ограничений, выращивает в основном сладкую кукурузу и попкорн, а для кормовой и крахмальной промышленности полностью зависит от импорта. В том же отчете прогноз по импорту кукурузы Израилем на 2025/2026 маркетинговый год — 1,18 млн тонн.
Если сопоставить эту цифру с украинскими поставками в 934 тыс. тонн, получается примерно 79,15%.
То есть Украина может покрывать около 79% израильского импорта кукурузы в этом сезоне.
Это уже не второстепенная торговля.
Это ключевая часть израильской кормовой цепочки.
Куда в Израиле идет украинская кукуруза
Важно понимать: речь не о кукурузе в початках, которую покупают в супермаркете.
Основное использование — кормовая отрасль.
Кукуруза в Израиле идет в комбикорма, а через них — в производство курицы, яиц, молока, индейки, рыбы и другой продукции животноводства.
USDA отмечает, что кукуруза является основным товаром для израильской кормовой промышленности, а главный спрос формируют птицеводство и производство яиц. Также кукурузные корма используются для молочного сектора, индейки, рыбы и других жвачных животных.
Именно поэтому украинская кукуруза в Израиле — это не просто зерно в порту.
Это будущая курица на прилавке.
Это яйца.
Это молочные фермы.
Это часть себестоимости продуктов, которые израильтяне покупают каждый день.
Когда Украина поставляет Израилю почти миллион тонн кукурузы, она фактически участвует в поддержании внутренней продовольственной цепочки страны.
Война, логистика и устойчивость Украины
Украинский экспорт зерна продолжает работать в условиях войны, ударов по инфраструктуре и сложной логистики.
Да, общий экспорт снизился.
Но даже при этом Украина смогла вывести на внешние рынки 21 млн тонн кукурузы, а по данным UkrAgroConsult, на 1 июля 2026 года экспорт кукурузы в 2025/2026 маркетинговом году составил 21,28 млн тонн, что на 3,1% меньше, чем годом ранее.
Для Украины это показатель устойчивости.
Для Израиля — показатель того, что украинское направление остается важным и рабочим даже в условиях войны.
Кукуруза идет не только в Европу.
Она идет в Средиземноморье, на Ближний Восток, в страны, для которых стабильность поставок зерна — это вопрос цен и внутренней продовольственной безопасности.
Израиль здесь не случайный покупатель.
Он находится в регионе, где продовольственная логистика всегда зависит от моря, портов, цен на фрахт, войны, политики и риска блокировки маршрутов.
Почему эта тема стала политической
Есть еще один важный слой.
В 2026 году зерновая тема уже стала причиной напряжения между Украиной и Израилем.
Украина заявляла, что россия вывозит зерно с оккупированных украинских территорий и пытается продавать его через международные схемы. Reuters сообщал, что Киев вызвал израильского посла, передал ноту протеста и обвинял Израиль в недостаточной реакции на поставки зерна, которое Украина считает украденным. Израильская сторона отвечала, что доказательства должны быть переданы через официальные юридические каналы.
Отдельно был случай с судном Panormitis, которое, по утверждению украинской стороны, перевозило зерно из районов, оккупированных россией. Украина просила Израиль задержать судно и груз, провести проверку документов, взять пробы зерна и допросить экипаж. В итоге судно покинуло израильские территориальные воды и не разгрузилось в Израиле.
На этом фоне легальная украинская кукуруза приобретает еще большее значение.
Есть нормальная торговля с Украиной.
Есть прозрачная поставка украинского зерна.
И есть отдельная проблема — попытки россии монетизировать оккупацию через вывоз аграрной продукции с захваченных территорий.
Для Израиля это не должно быть серой зоной.
Если страна закупает зерно из региона войны, ей важно четко понимать происхождение товара.
Израильский интерес: не только цена
Израилю выгодна украинская кукуруза.
Причины понятны: география, логистика, цена, привычные торговые маршруты и крупные объемы.
USDA отдельно отмечает, что Израиль, несмотря на желание диверсифицировать импорт, вероятно, продолжит закупать зерно и корма из Черноморского бассейна из-за цены и близости.
Но после 2022 года цена уже не может быть единственным критерием.
Покупка легальной украинской кукурузы — это нормальная экономическая связь.
Покупка зерна сомнительного происхождения — это риск для репутации, дипломатии и отношений с Украиной.
Именно здесь тема становится шире обычного аграрного отчета.
НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency рассматривает такие истории не как сухую биржевую статистику, а как часть реальной израильско-украинской повестки.
Потому что за цифрой 934 тыс. тонн стоит не только экспорт.
За ней стоят фермеры в Украине, порты, логистика, израильские птицефабрики, молочные хозяйства, кормовые заводы и конечная цена продуктов для семьи в Израиле.
Что это значит для израильского потребителя
Для обычного израильтянина украинская кукуруза может быть невидимой.
Она не лежит на полке с украинским флагом.
Она не продается как отдельный бренд.
Но она может быть внутри всей цепочки.
Через комбикорм она влияет на производство курицы.
Через птицеводство — на яйца.
Через молочные фермы — на молоко и молочные продукты.
Через кормовую отрасль — на устойчивость животноводства в условиях войны, высокой стоимости логистики и внутреннего давления на агросектор Израиля.
Поэтому почти миллион тонн украинской кукурузы — это не просто внешняя торговля.
Это часть повседневной жизни Израиля, которая обычно остается за кадром.
Главный вывод
Израиль вошел в пятерку крупнейших покупателей украинской кукурузы.
Украина поставила Израилю 934 тыс. тонн.
Если сравнить это с прогнозируемым израильским импортом кукурузы на уровне 1,18 млн тонн, получается около 79%.
То есть Украина сегодня — один из ключевых поставщиков кукурузы для Израиля.
И это делает украинско-израильскую аграрную связь намного важнее, чем кажется на первый взгляд.
В условиях войны, споров о происхождении зерна и растущего значения продовольственной безопасности Израилю важно не просто покупать зерно.
Важно покупать его прозрачно.
Важно понимать, откуда оно приходит.
И важно не забывать, что украинская кукуруза — это не только товар.
Это часть экономики страны, которая воюет, экспортирует, кормит международные рынки и остается важным партнером для Израиля.
С 9 по 19 июля 2026 года в Иерусалиме пройдет 43-й Иерусалимский кинофестиваль — одно из главных событий в мире израильского кино и важная площадка для международного авторского кино.
В этом году украинское присутствие на фестивале будет особенно заметным: в программе представлены фильмы Валентина Васяновича и Дмитрия Сухолиткого-Собчука, а режиссер Сергей Лозница станет президентом жюри израильского конкурса.
Фестиваль пройдет на площадках Jerusalem Cinematheque и Lev Smadar, а его открытие состоится 9 июля в Sultan’s Pool.
Для израильской аудитории украинское кино сегодня — это не только рассказы о войне, но и глубокие размышления о стране, которая, несмотря на полномасштабное вторжение, продолжает создавать сложное, авторское и международно признанное кино.
В программе 43-го Иерусалимского кинофестиваля представлены две разные украинские картины. Одна из них — игровая драма-антиутопия о послевоенной Украине и внутреннем выборе человека, который остается. Другая — документальное наблюдение за закрытой религиозной общиной на берегу Днестра, в чью жизнь постепенно входит война.
Обе ленты поднимают важные вопросы о связи человека с домом, землей, памятью и будущим. Именно поэтому для Новости Израиля | Nikk.Agency эта программа важна не только как культурное событие, но и как часть израильско-украинского диалога.
«За Перемогу! / To the Victory!» — Валентин Васянович
Главная игровая украинская картина фестивальной программы — «За Перемогу! / To the Victory!» режиссера Валентина Васяновича. Фильм представлен в секции International Competition. Это картина производства Украины и Литвы, 2025 года, продолжительностью 105 минут. Язык фильма — украинский, субтитры — иврит и английский.
Сюжет разворачивается в послевоенной Украине. Главный герой — режиссер, который остается в стране, пока его жена и дочь начинают новую жизнь в Вене. Он оказывается между надеждой и неопределенностью, пытаясь понять, что значит остаться, когда прежняя жизнь разрушена, а новая еще не началась.
Это описание звучит как продолжение реальности, в которой живет Украина после 2022 года. Однако Васянович не делает прямой репортаж о войне. Он исследует состояние после катастрофы: пустоту, тишину, творческий тупик, семейную дистанцию и болезненный вопрос — можно ли строить будущее в месте, пережившем разрушение.
Васянович выступает не только режиссером и сценаристом, но также одним из продюсеров, операторов и монтажеров картины. В числе продюсеров указаны Volodymyr Yatsenko, Valentyn Vasyanovych, Anna Yatsenko, Marija Razgute, Iya Myslytska.
Фильм уже получил серьезное международное признание, включая Platform Award на 50-м Toronto International Film Festival в 2025 году.
Показы «За Перемогу!» на Jerusalem Film Festival:
10 июля 2026, пятница — 10:00, Cinematheque 3
13 июля 2026, понедельник — 15:30, Cinematheque 1
15 июля 2026, среда — 21:45, Cinematheque 2
Билеты можно приобрести на официальном сайте фестиваля.
«Тиха повінь / Silent Flood» — Дмитрий Сухолиткий-Собчук
Вторая украинская картина в программе — «Тиха повінь / Silent Flood» режиссера Дмитрия Сухолиткого-Собчука. Это документальный фильм производства Украины и Германии, 2025 года, продолжительностью 90 минут. Язык фильма — украинский, субтитры — иврит и английский.
Фильм рассказывает о пацифистской религиозной общине на берегу Днестра в Западной Украине, которая живет почти вне современного мира. Их жизнь нарушают природные бедствия, но затем приходит война, заставляя общину искать контакт с внешним пространством.
«Тиха повінь» — это не обычный фильм о войне. Он показывает, как война достигает даже тех, кто пытался жить вне политики и технологий.
Сухолиткий-Собчук известен израильским и международным зрителям прежде всего как режиссер игрового фильма «Памфир», но «Тиха повінь» — это другой тип высказывания, где важны наблюдение, ритм и постепенное изменение внутреннего мира людей.
Фильм уже получил международные награды, включая IDFA Award for Best Cinematography на IDFA 2025.
Показы «Тихой повені» на Jerusalem Film Festival:
14 июля 2026, вторник — 13:00, Cinematheque 2
15 июля 2026, среда — 10:30, Cinematheque 1
17 июля 2026, пятница — 17:00, Cinematheque 4
Билеты можно приобрести на официальном сайте фестиваля.
Сергей Лозница как отдельный украинский акцент фестиваля
Украинское присутствие на 43-м Jerusalem Film Festival не ограничивается двумя фильмами. Одним из наиболее заметных международных гостей станет Сергей Лозница, который получит специальное признание на церемонии открытия и станет президентом жюри израильского конкурса.
Лозница — сценарист, режиссер и продюсер, снявший множество игровых и документальных фильмов. Это важный момент для понимания общей рамки фестиваля, где украинское кино представлено как часть большого международного разговора о войне и человеческом выборе.
Для Израиля украинское кино звучит особенно близко. Израильская аудитория понимает, что такое жизнь рядом с войной, утрата безопасности и разрыв между домом и временным убежищем.
Фильмы Васяновича и Сухолиткого-Собчука могут быть понятны не только украинцам в Израиле, но и широкой аудитории, поскольку они поднимают важные вопросы о человеческом существовании в условиях войны.
На 43-м Jerusalem Film Festival украинское кино появляется в очень точный момент. Война продолжается, но украинские режиссеры продолжают снимать фильмы, которые получают признание на международной арене.
Это свидетельство того, что украинский голос остается в международном пространстве — не как фон к политическим заявлениям, а как самостоятельное художественное высказывание. Иерусалимский фестиваль предоставляет этому голосу важную площадку.
В 2026 году карта вооружённых конфликтов уже не выглядит как набор отдельных кризисов. Война России против Украины, противостояние Израиля и Ирана, гражданская война в Судане, конфликт в Мьянме, нестабильность в Сахеле, атаки хуситов и боевые действия в Сирии и Йемене — всё это части одной большой картины, где локальный взрыв быстро становится международной проблемой.
По данным UCDP, в 2025 году было зафиксировано 65 конфликтов с участием государств, 13 из которых достигли уровня войны, то есть превысили порог в 1000 погибших за год. Это один из самых тревожных показателей за весь период наблюдений с 1946 года.
Для Израиля эта тема не теоретическая. Когда воюет Украина — меняется безопасность Европы, рынок зерна, баланс отношений с США и странами ЕС. Когда горит Ближний Восток — это уже не внешняя новость, а вопрос сирен, резервистов, цен на топливо, авиасообщения, дипломатии и будущего региона.
Украина: самая масштабная война в Европе после 1945 года
Война России против Украины остаётся главным европейским вооружённым конфликтом современности. Это уже не только линия фронта на востоке и юге Украины. Это постоянные удары по Киеву, Днепру, Харькову, Запорожью, Одессе, энергетике, жилым кварталам и гражданской инфраструктуре.
UN Human Rights Monitoring Mission in Ukraine сообщила, что в мае 2026 года в Украине были убиты не менее 274 гражданских и ранены 1763 человека — это самый высокий месячный показатель погибших и раненых среди гражданских с апреля 2022 года.
Для израильского читателя здесь есть важная параллель. Украина воюет не только армией, но и технологией, волонтёрством, устойчивостью городов, системой ПВО, дронами, международными коалициями и информационной борьбой. Всё это стало частью новой военной реальности, в которой живёт и Израиль.
Израиль, Иран и региональная война нервов
Ближний Восток в 2026 году остаётся одной из самых опасных зон мира. Израиль сталкивается не с одним противником, а с системой угроз: Иран, «Хезболла» в Ливане, хуситы в Йемене, вооружённые группировки в Сирии и Газе, а также постоянный риск втягивания США и других игроков.
CFR описывает конфликт Израиля, Ирана и США как межгосударственное противостояние с критическим влиянием на американские интересы; после обмена ударами США напрямую вмешались, атаковав иранские ядерные объекты в Фордо, Исфахане и Натанзе 21 июня 2026 года.
Даже когда стороны говорят о паузах или прекращении огня, это не означает окончания войны. Reuters сообщал, что после призыва Дональда Трампа Израиль и Иран временно остановили удары друг по другу, но Тегеран предупредил, что может возобновить атаки, если Израиль продолжит действия против «Хезболлы» в Ливане.
Для Израиля это означает жизнь в состоянии длинной войны, где фронт может быть не только на границе, но и в море, в небе, в киберпространстве, в дипломатии и в экономике.
Судан: гуманитарная катастрофа без конца
Суданская гражданская война началась в апреле 2023 года и к 2026 году превратилась в одну из крупнейших гуманитарных катастроф XXI века. С одной стороны — армия Судана. С другой — Силы быстрого реагирования RSF. Между ними — миллионы людей, которые потеряли дома, доступ к воде, медицине, продовольствию и безопасности.
Associated Press со ссылкой на данные ООН сообщала, что война в Судане привела как минимум к 59 тысячам погибших, 13 миллионам перемещённых лиц и голоду в значительной части страны. Это не конфликт «где-то далеко». Судан показывает, как быстро государство может распасться, если армия, вооружённые группировки, внешние интересы, этническое насилие и борьба за ресурсы сходятся в одной точке.
Мьянма, Сахель, Йемен и другие горячие зоны
Мьянма продолжает жить в режиме гражданской войны после военного переворота. Силы хунты сталкиваются с продемократическим сопротивлением и этническими вооружёнными группами. Страна стала примером того, как внутренний политический кризис превращается в затяжную войну без ясного выхода.
В Сахеле — Мали, Буркина-Фасо, Нигер — вооружённые группировки, связанные с джихадистскими сетями, используют слабость государств, бедность, коррупцию и отсутствие безопасности на местах. Йемен остаётся важной точкой риска из-за хуситов и угроз судоходству.
В июне 2026 года хуситы заявляли о запрете для судов, связанных с Израилем, проходить через Красное море после возобновления израильских атак на Иран, что сразу добавило тревоги вокруг глобальной торговли и энергетики.
Краткая карта ключевых конфликтов
Конфликт: Война россии против Украины — Главные стороны: Украина против россии — Почему это важно: Безопасность Европы, продовольствие, энергетика, военные технологии
Конфликт: Израиль — Иран и прокси — Главные стороны: Израиль, Иран, США, «Хезболла», хуситы — Почему это важно: Региональная безопасность, ракеты, нефть, авиация, дипломатия
Конфликт: Судан — Главные стороны: Армия Судана против RSF — Почему это важно: Миллионы перемещённых, голод, риск распада государства
Конфликт: Мьянма — Главные стороны: Хунта против сопротивления — Почему это важно: Гражданская война, этническое насилие, разрушение институтов
Конфликт: Сахель — Главные стороны: Правительства против вооружённых группировок — Почему это важно: Терроризм, миграция, слабые государства, внешнее влияние
Почему эти войны касаются обычной жизни в Израиле
Войны 2026 года показывают простую вещь: расстояние больше не защищает. Удар по украинской энергетике может влиять на европейскую политику. Атака хуситов в Красном море может менять стоимость перевозок и сроки поставок. Эскалация с Ираном может закрывать авиамаршруты, повышать цены на нефть и менять расчёты израильского кабинета безопасности.
Именно поэтому Новости Израиля рассматривает мировые конфликты не как далёкую хронику, а как часть той повестки, в которой живут израильтяне, украинцы, репатрианты, волонтёры, семьи военных и люди, следящие за безопасностью страны каждый день.
Новая война — это не только фронт
Современный конфликт редко ограничивается танками, ракетами и пехотой. Сегодня война идёт через дроны, спутники, Telegram-каналы, санкции, кибератаки, морские маршруты, гуманитарные коридоры, зерновые сделки, дипломатические заявления и борьбу за внимание мировых СМИ.
ACLED в своём обзоре к 2026 году отмечал, что войны в Украине и «палестинском» направлении формировали значительную часть мировой конфликтной активности, а Судан и Мьянма сохраняли высокий уровень насилия. Это важный сигнал для Израиля.
Нельзя смотреть на Украину отдельно, на Иран отдельно, на Ливан отдельно, на Красное море отдельно. Все эти линии соединяются в одну систему давления, где противники учатся друг у друга, копируют методы, проверяют реакцию Запада и ищут слабые места.
Что важно понимать в 2026 году
Главная тенденция 2026 года — не просто рост количества войн. Главная тенденция — их взаимная связь. Иран смотрит на реакцию США. Россия смотрит на усталость Европы. Китай наблюдает за Тайванем. Террористические и прокси-группы проверяют, насколько долго демократические общества готовы держать оборону, платить цену и не сдавать союзников.
Для Израиля это означает, что безопасность уже не может строиться только вокруг ближайшей границы. Нужны сильные союзы, технологическое превосходство, ясная позиция по агрессорам, укрепление связи с Европой, США и Украиной, а также понимание, что война против демократического мира идёт не в одном месте. Она идёт сразу на нескольких фронтах.
И вопрос 2026 года звучит не так: «какие страны сейчас воюют?» Правильнее спросить иначе: какие страны уже поняли, что мир изменился, и какие всё ещё делают вид, что чужая война их не касается.
5 июля 2026 года в Иерусалиме прошла церемония, которая соединяет сразу несколько пластов израильской памяти: историю авиации, историю Атарота, подвиг бойцов ЦАХАЛа в Уганде и личную трагедию семьи Нетаньяху.
Главный раввин Украины Моше Асмансообщил, что принял участие в торжественной закладке краеугольного камня Национального центра авиационного наследия в Атароте, где должен появиться специальный мемориальный блок, посвящённый легендарной операции «Энтеббе», также известной в Израиле как «Операция Йонатан».
Речь идёт о территории бывшего аэропорта Атарот к северу от Иерусалима. Именно там, в историческом здании аэропорта, планируется создать центр, который будет рассказывать об израильской авиации, развитии еврейского присутствия в этом районе и операции по освобождению заложников в Энтеббе.
Израильская пресса подтвердила ключевые детали события: церемония закладки краеугольного камня Центра наследия Атарот прошла 5 июля 2026 года при участии премьер-министра Израиля Биньямина Нетаньяху, министра по делам наследия Амихая Элиягу и мэра Иерусалима Моше Леона.
Атарот как место памяти и политики
Атарот — не случайная точка на карте. Это север Иерусалима, территория бывшего аэропорта, который долгие годы был связан с авиационной историей города.
По данным израильских СМИ, будущий центр должен разместиться в историческом здании аэропорта и стать частью мероприятий к 50-летию операции «Энтеббе». Министерство наследия Израиля заявило, что центр будет посвящён истории израильской авиации, развитию поселения в этом районе и истории самого аэропорта Атарот.
Israel Hayom ещё 6 мая 2026 года писал, что министр наследия Амихай Элиягу продвигает проект стоимостью около 3 миллионов шекелей. В публикации говорилось, что в центре будет создано отдельное крыло, посвящённое «Операции Йонатан», во время которой бойцы ЦАХАЛа освободили заложников в Уганде.
На церемонии 5 июля премьер-министр Биньямин Нетаньяху говорил не только о прошлом, но и о статусе Иерусалима. По данным Israel Hayom, он заявил, что правительство «бережёт Иерусалим под суверенитетом Израиля» и что «единый Иерусалим больше не будет разделён».
В той же речи Нетаньяху связал Атарот, авиационную мощь Израиля, операцию «Йонатан» и память о своём брате Йони Нетаньяху, погибшем во главе штурмовой группы.
Для израильской аудитории это важная деталь. Мемориальный проект в Атароте — не просто музей. Это заявление о памяти, суверенитете, связи Иерусалима с авиационной историей Израиля и о том, как государство рассказывает новым поколениям свои ключевые истории.
Что написал Моше Асман
Главный раввин Украины Моше Асман написал 5 июля 2026 года, что для него было большой честью участвовать в церемонии закладки краеугольного камня Национального центра авиационного наследия в Атароте.
Он подчеркнул, что именно на территории бывшего аэропорта Атарот возле Иерусалима будет построен музей, который сохранит память о подвиге израильских героев, спасавших заложников в Энтеббе, и о командире операции Йонатане Нетаньяху, погибшем при её выполнении.
Асман отдельно отметил участие в церемонии премьер-министра Израиля Биньямина Нетаньяху, министра по делам наследия Амихая Элиягу, мэра Иерусалима Моше Леона и других почётных гостей.
В своём сообщении главный раввин Украины поблагодарил министра Амихая Элиягу за инициативу и написал, что сохранение памяти о героях, которые рисковали собственной жизнью ради спасения других, является святым долгом. По его словам, такие места будут воспитывать новые поколения в духе мужества, ответственности и любви к своему народу.
Эта формулировка особенно важна сегодня. После 7 октября, на фоне продолжающейся войны, темы заложников, военной ответственности и национальной памяти в Израиле звучат не как исторический архив, а как часть ежедневной реальности.
НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency обращает внимание на ещё один аспект: участие главного раввина Украины в такой церемонии добавляет к израильской истории украинско-еврейский голос.
Асман говорит о подвиге Энтеббе как человек, который сам с 2022 года живёт в контексте войны, спасения людей, эвакуаций, помощи общинам и постоянного разговора о цене человеческой жизни.
Операция, которая стала символом Израиля
Операция «Энтеббе» прошла в ночь на 4 июля 1976 года. Израильский спецназ провёл дальнюю операцию в Уганде после захвата самолёта Air France, следовавшего из Тель-Авива в Париж. Самолёт был угнан террористами и направлен в аэропорт Энтеббе.
В Израиле эта операция получила также название «Операция Йонатан» — в память о подполковнике Йонатане, или Йони, Нетаньяху, командире подразделения Сайерет Маткаль и старшем брате Биньямина Нетаньяху.
Йони Нетаньяху погиб во время операции, когда возглавлял штурмовую группу.
К 50-летию операции Государственный архив Израиля опубликовал специальные материалы и впервые раскрыл протоколы, связанные с событиями вокруг Энтеббе. В публикации архива отмечается, что документы прослеживают развитие кризиса от захвата самолёта 27 июня 1976 года до завершения операции 4 июля 1976 года.
Пятьдесят лет спустя «Энтеббе» остаётся не только военной историей. Это часть израильской идентичности: маленькая страна, дальняя дистанция, высокий риск, заложники в руках террористов и решение действовать там, где большинство государств предпочло бы переговоры, уступки или ожидание.
Почему церемония в Атароте важна именно сейчас
Церемония в Атароте прошла в момент, когда Израиль снова живёт под тяжестью темы заложников и войны. Поэтому обращение к операции «Энтеббе» неизбежно воспринимается через нынешнюю реальность.
В 1976 году Израиль показал, что готов отправить своих бойцов за тысячи километров ради спасения граждан и евреев, оказавшихся в руках террористов.
В 2026 году эта память звучит на фоне вопросов, которые снова стоят перед обществом: как спасать заложников, где проходит граница между военной силой и переговорами, как сохранить единство внутри страны и как рассказывать следующему поколению о цене ответственности.
По данным израильской прессы, на церемонии Нетаньяху говорил о вкладе авиации и о четырёх самолётах «Геркулес», которые доставили израильских бойцов в сердце Африки. По словам премьер-министра, операция подняла имя Израиля среди народов как маленькой страны с огромной смелостью, а история «Операции Йонатан» будет рассказана в новом центре наследия в Атароте.
В этой точке прошлое и настоящее соединяются напрямую.
Атарот становится не только местом, где вспоминают старый аэропорт. Он превращается в пространство, где Израиль хочет объяснить самому себе и миру, почему память о «Энтеббе» остаётся живой.
Украинско-израильский смысл участия Асмана
Для украинско-еврейской аудитории участие Моше Асмана в церемонии имеет отдельное значение.
Главный раввин Украины не просто присутствовал на государственном мероприятии в Израиле. Он встроил историю «Энтеббе» в более широкий моральный контекст: спасение жизни, память о героях, ответственность перед народом и воспитание будущих поколений.
Эта логика близка и Украине, которая уже много лет живёт в условиях войны, похищений, эвакуаций, возвращения детей, памяти о погибших и борьбы за право на существование.
Поэтому слова Асмана о мужестве, единстве и готовности бороться за жизнь каждого человека звучат не как формальная церемониальная речь, а как связка между израильским и украинским опытом.
НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency считает, что именно в таких деталях проявляется реальная связь Израиля и Украины: не только в дипломатических формулировках, а в общих темах памяти, безопасности, достоинства и сопротивления террору.
Что будет в новом центре
Судя по публикациям израильской прессы, будущий Центр наследия Атарот должен объединить несколько направлений.
Первое — история израильской авиации и развитие воздушных маршрутов вокруг Иерусалима.
Второе — история еврейского поселения в районе Атарот. Израильские СМИ писали, что в проекте будет отражена история мошава Атарот, основанного в 1922 году, а также история аэропорта, который начал действовать на этом месте в 1924 году и долгие годы служил воздушными воротами Иерусалима.
Третье — отдельный мемориальный блок, посвящённый операции «Энтеббе» / «Операции Йонатан», подвигу бойцов ЦАХАЛа и памяти Йони Нетаньяху.
Такой формат делает будущий музей не узким мемориалом одной операции, а более широкой площадкой национальной памяти.
В ней авиация, Иерусалим, военная история, еврейское присутствие и тема спасения заложников становятся частью одного рассказа.
Память, которая не стала прошлым
Моше Асман завершил свой пост словами:
«Нехай буде благословенна пам’ять героїв Ізраїлю!»
То есть:
«Пусть будет благословенна память героев Израиля!»
В этих словах есть главное содержание церемонии в Атароте.
Операция «Энтеббе» произошла 50 лет назад, но в Израиле она не воспринимается как далёкий эпизод. Она остаётся уроком о государстве, которое обязано защищать своих граждан, о солдатах, которые идут на смертельный риск ради других, и о памяти, которую нельзя оставить только в архивах.
Новый центр в Атароте должен стать местом, где эта история будет передаваться дальше — не как сухая дата 4 июля 1976 года, а как живой вопрос: что значит ответственность государства за человека, что значит мужество в момент выбора и почему народ, который забывает своих героев, теряет часть самого себя.
В этом смысле церемония 5 июля 2026 года была не только закладкой камня.
Это была попытка закрепить память в пространстве Иерусалима — там, где история, безопасность и национальное самосознание Израиля всегда идут рядом.
Российская риторика о «безопасности границ» снова выглядит как попытка прикрыть старую цель Кремля — не закончить войну, а расширить оккупацию в Украине.
Материал от 5 июля 2026 американского Института изучения войны: аналитики считают, что Москва стремится не только к военной «безопасности», но и к дальнейшей оккупации украинских территорий за пределами уже захваченных районов Донецкой и Луганской областей.
«Буферная зона» как новый предлог для старой войны
3 июля 2026 года путин провел встречу с российскими военными командирами и снова заговорил о создании так называемой «буферной зоны» вдоль российской границы.
Формально Москва объясняет это защитой приграничных регионов РФ. По версии российского командования, российские войска должны продвигаться в Сумской и Харьковской областях, чтобы отодвинуть угрозу от российской территории. Но в этой формуле есть главное противоречие: речь идет не о защите России, а о продвижении российской армии вглубь Украины.
Сумская и Харьковская области — не случайный выбор
Именно эти регионы Кремль пытается представить как «пояс безопасности». На практике такая логика означает расширение войны на северо-востоке Украины и попытку закрепить за Россией право атаковать новые районы под удобным информационным лозунгом.
ISW ранее оценивал так называемую «буферную зону» как расплывчатую и фактически недостижимую цель для российских войск, пока существует независимая Украина, способная воевать. Это важная деталь: Москва не называет четких границ этой зоны, потому что сама идея позволяет постоянно двигать линию требований дальше.
Для израильской аудитории это звучит знакомо. Когда агрессор объявляет чужую территорию «зоной своей безопасности», он не предлагает мирный план. Он создает язык, с помощью которого можно оправдать очередную эскалацию.
Что на самом деле хочет Кремль
Главный вывод аналитиков прост: речь идет не только о Донецкой и Луганской областях. Кремль продолжает рассматривать украинскую государственность как проблему, которую он хочет сломать военным, политическим и информационным давлением.
Заявления о «буферной зоне» появились не в пустоте. Они прозвучали на фоне новых разговоров Москвы о продвижении в Донбассе и заявлений российского Минобороны о якобы взятии Костянтиновки в Донецкой области. Reuters сообщал, что Россия заявила о захвате Костянтиновки 3 июля 2026 года, однако Украина это не подтвердила и на следующий день публично отрицала потерю города.
Почему Донбасс уже не предел
Если Кремль говорит о Сумской и Харьковской областях, это означает, что его аппетит не ограничивается уже оккупированными районами. Донецкая и Луганская области остаются частью российской военной цели, но северо-восток Украины превращается в следующий участок давления.
В этом и состоит опасность нынешней риторики. Москва не отказывается от старых целей, а меняет упаковку. Раньше звучали слова о «демилитаризации» и «денацификации». Теперь чаще говорят о «безопасности», «санитарной зоне» и «защите границы». Смысл остается прежним: Украина должна уступать территории, а Запад должен привыкнуть к мысли, что российское продвижение — это якобы нормальная часть переговорного процесса.
Именно поэтому НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency рассматривает такие заявления не как обычный фронтовой эпизод, а как сигнал для всех союзников Украины, включая Израиль. Если агрессия получает дипломатическую скидку под видом «буфера», завтра такая логика может быть применена в любом другом регионе.
Почему это важно для Израиля и Запада
Кремль использует украинские удары по российской территории как информационный повод для продолжения войны. Такой прием позволяет Москве говорить не о собственном вторжении, а о «вынужденной реакции». Но российская война против Украины началась не из-за ударов по приграничным регионам РФ, а из-за решения Кремля уничтожить независимость Украины.
Информационная война против поддержки Киева
путин параллельно критикует западную помощь Украине. Это не отдельная тема, а часть той же стратегии. Чем сильнее звучит тезис о «невозможности победы Украины», тем проще Москве давить на партнеров Киева и убеждать их в необходимости уступок.
Для Израиля здесь есть несколько уровней риска. Первый — безопасность еврейских общин и граждан в Украине, которые живут под российскими ударами. Второй — международный прецедент: если захват территорий можно оправдать словами о «буферной зоне», то сама система границ и союзнических обязательств становится слабее. Третий — российское влияние на Ближнем Востоке, где Москва давно играет против западной архитектуры безопасности и ищет точки давления на Израиль.
Что должно быть ясно сейчас
Кремль не демонстрирует готовность к окончанию войны. Он показывает готовность продолжать ее другим языком, на других направлениях и с новыми объяснениями для внешней аудитории.
Поэтому вопрос «какие территории хочет захватить путин» нельзя сводить к карте одного участка фронта. Сегодня в фокусе Сумская и Харьковская области, Донецкая область и более широкий замысел политического контроля над Украиной. Завтра список может быть расширен, если Москва увидит слабость, усталость или желание Запада закрыть глаза на очередной шаг.
Вывод для Израиля и его русскоязычной аудитории жесткий, но необходимый: российская «буферная зона» — это не оборонная концепция, а политическая ширма для продолжения захватнической войны. И чем раньше это будет названо своими словами, тем меньше пространства останется для кремлевской манипуляции.
На Голанских высотах, в 16 километрах от Тивериадского озера, расположено загадочное место — Гильгаль Рефаим. Это сооружение, известное как израильский Стоунхендж, вызывает интерес не только своим внешним видом, но и историей. Гильгаль Рефаим состоит из 42 000 базальтовых валунов, общий вес которых достигает 40 000 тонн. С земли оно выглядит как беспорядочная груда камней, но с высоты открывается система из пяти концентрических колец, самое большое из которых достигает 156 метров в диаметре.
Строительство этого объекта датируется IV–III тысячелетиями до нашей эры, однако его назначение до сих пор остается предметом споров среди ученых. Некоторые исследователи предполагают, что Гильгаль Рефаим мог служить обсерваторией, в то время как другие рассматривают его как культовое место для погребения. В центре комплекса находится курган с погребальной камерой, что добавляет загадочности.
В последние годы к изучению Гильгаль Рефаим подключились современные методы геофизики и дистанционного анализа, что позволяет глубже понять его структуру и назначение. Однако, несмотря на все исследования, единого мнения о цели постройки до сих пор нет. Это место привлекает внимание не только археологов, но и писателей, режиссеров и любителей эзотерики.
Гильгаль Рефаим — это не просто исторический памятник, но и объект, который вызывает множество мифов и легенд. Название «Гильгаль» связано с идеей круга, а «Рефаим» может означать как великанов, так и призраков. Это создает многослойность значений, которая привлекает внимание исследователей и туристов.
Важно помнить, что такие места могут быть использованы в политических целях, и необходимо подходить к их изучению с осторожностью. Гильгаль Рефаим остается загадкой, которая продолжает интриговать и вдохновлять на новые исследования.
Как добраться до Гильгаль Рефаим? Район иногда попадает под режим учений ЦАХАЛа, поэтому доступ может быть ограничен. После дождей грунтовки размокают, и даже высокая машина может не пройти. На месте нет туристической инфраструктуры, поэтому стоит взять с собой воду и защиту от солнца.
Как добраться
Вариант 1 — парковка у шоссе 808
Едьте по шоссе 808 до перекрестка Цомет Далийот. Оттуда продолжайте по 808 в сторону Кацрина до автобусной остановки. Примерно через 100 метров вы увидите ворота для скота и разметку тропы. Дальше идите пешком по тропе на север — около 2 км в одну сторону.
Вариант 2 — подъехать ближе по грунтовке
Находясь в том же районе, примерно в километре севернее Цомет Далийот, есть съезд направо на грунтовую дорогу. Это позволит сократить пешую часть до нескольких сотен метров. Если дорога сомнительная, лучше выбрать первый вариант.
Гильгаль Рефаим — это не только исторический объект, но и место, которое продолжает вызывать интерес и споры. Его изучение может дать новые знания о древних культурах и их ритуалах. Новости Израиля | Nikk.Agency
«Каждый еврей – это посланник Всевышнего для восстановления связи народа Израиля со своей традицией и своими корнями. Это долг каждого еврея, независимо от его личного уровня познания Торы. Даже если ваши знания не велики, выйдите и поделитесь ими с теми, кто еще не получил этого».
Для израильского читателя и для евреев всего мира в истории Менахема-Мендела Шнеерсона важно понять одну базовую вещь: его связь с Украиной — не декоративная сноска, а стартовая точка всей биографии. Любавичский Ребе родился 18 апреля 1902 года в Николаеве, вырос в Екатеринославе, нынешнем Днепре, происходил из семьи, глубоко встроенной в еврейское лидерство юга нынешней Украины, а уже потом прошел через Варшаву, Берлин, Париж и Нью-Йорк, чтобы стать седьмым Ребе ХАБАД и одной из самых влиятельных фигур современного еврейства.
Если смотреть на биографию не с конца, а с начала, то ее маршрут выглядит предельно конкретно.
18 апреля 1902 года — рождение в Николаеве; 1909 год — переезд семьи в Екатеринослав после назначения его отца, рабби Леви-Ицхака Шнеерсона, городским раввином; март 1915 года — бар-мицва в Екатеринославе; ноябрь 1928 года — свадьба в Варшаве; 1933 год — Париж; 23 июня 1941 года — прибытие в Нью-Йорк; 17 января 1951 года — официальное вступление в роль седьмого Ребе; 12 июня 1994 года — завершение земной жизни. Эта последовательность важна не только ради дат. Она показывает, что «американский Ребе» вырос из конкретного украинского еврейского пространства.
Украинские корни этой истории намного глубже, чем просто место рождения
Евреи из Украины: Менахем-Мендл Шнеерсон — от украинского Николаева до всемирной славы
Николаев в этой биографии — не случайный город из метрики.
По материнской линии дед Шнеерсона, рабби Меир-Шломо Яновский, был главным раввином Николаева. По отцовской линии его отец, рабби Леви-Ицхак Шнеерсон, стал в 1909 году раввином Екатеринослава и позднее главным раввином города, где служил десятилетиями. То есть будущий Ребе вырос не просто в религиозной семье, а в доме, который находился в самом центре украинской городской еврейской жизни начала ХХ века.
Именно поэтому Украина для него — не только география рождения, но и первая школа общественного лидерства. Chabad.org прямо связывает детство Ребе с переездом семьи в большой украинский город Екатеринослав, где его отец стал духовным лидером местной общины.
Уже к бар-мицве в 1915 году Менахем-Мендл был известен своей ученостью и благочестием, а сама семейная среда соединяла строгую религиозную традицию, общинную ответственность и интеллектуальную открытость.
Есть и более драматическая украинская линия.
В ранние советские годы именно его отец оказался одной из самых заметных религиозных фигур еврейского СССР. После отъезда шестого Ребе из СССР в 1927 году рабби Леви-Ицхак стал, по сути, самым заметным прямым наследником ранних хабадских Ребе на советской территории, пока не был арестован в 1939 году. Сам Менахем-Мендл позднее говорил о нем как о человеке, который взял на себя ответственность за распространение иудаизма в этой стране. Для темы Украины это принципиально: дом Шнеерсонов в Днепре был не просто домом ученых, а домом сопротивления духовному разгрому еврейской жизни.
Еще один сильный, хотя и менее известный, украинский штрих касается семьи уже в годы войны. В материалах еврейской общины Днепра прямо говорится, что Дов-Бер Шнеерсон, брат Ребе и второй сын рабби Леви-Ицхака, был среди жертв нацистов на территории психиатрической больницы в Игрени под Днепром. Это важный момент: Украина в истории семьи Шнеерсонов — не только родина и община, но и пространство личной семейной трагедии.
От Екатеринослава к Нью-Йорку
После украинского этапа биография Шнеерсона выходит в европейское и затем мировое измерение. В ноябре 1928 года он женился в Варшаве на Хае-Мушке, дочери шестого Любавичского Ребе Йосефа-Ицхака Шнеерсона. После этого жил и учился в Берлине, а в 1933 году переехал в Париж. Эта европейская фаза важна не меньше украинской: она объясняет, почему в личности Ребе сочетались не только хасидская глубина, но и интерес к науке, технике, модерной культуре и языкам.
Из Европы он уехал уже в предвоенной катастрофе. 12 июня 1941 года он с женой сел на корабль Serpa Pinto в Лиссабоне, а 23 июня 1941 года, на 28 сивана 5701 года, прибыл в Нью-Йорк. Почти сразу после прибытия его тесть, шестой Ребе, поставил его во главе социальных и образовательных программ ХАБАД. Это не была еще формальная должность главы движения, но именно здесь началась его организационная революция.
Формальное лидерство пришло позже.
После смерти шестого Ребе в 1950 году Менахем-Мендл Шнеерсон долго сопротивлялся принятию титула, но в итоге 17 января 1951 года стал седьмым Ребе ХАБАД-Любавич. Источники сходятся в главном: именно после 1951 года ХАБАД из сравнительно небольшой хасидской среды начал превращаться в мировую систему, а сам Ребе стал центральной фигурой для сотен тысяч последователей и миллионов людей, которые воспринимали его как духовный авторитет далеко за пределами узко хабадского круга.
Чем именно он организовал ХАБАД, а не просто «расширил» его
Тут важно не скатиться в общую формулу «он сделал ХАБАД мировым».
На деле механизм был вполне конкретный. Сразу после прибытия в США Ребе был поставлен руководить образовательным и социальным направлением работы движения. Эта работа шла через Merkos L’Inyonei Chinuch — образовательный центр, через Machne Israel — структуру общественной и религиозной мобилизации, и через Kehot — издательский центр. Сам Ребе уже в начале 1950-х говорил, что его тесть «выбрал его» для реализации задач Merkos и Machne Israel, а эти институты нельзя дать ослабить.
Иными словами, ХАБАД при нем стал не просто школой идей, а системой учреждений.
Второй элемент — ставка на образование.
Даже в ранних письмах и выступлениях вокруг Merkos акцент постоянно идет на школы, в том числе для девочек, на молодежные кружки, на литературу, на обучение не только «своих», но и максимально широкого еврейского круга. Еще до того, как он стал Ребе, эта логика уже была видна: построение живой сети школ и учебных центров вместо пассивного ожидания, что люди сами вернутся в традицию.
Третий элемент — шлихут, то есть система посланников.
Ребе не строил централизованную пирамиду только из Бруклина. Он строил сеть семей-эмиссаров, которые ехали в конкретные города и страны и открывали там местные центры. ХАБАД-хаус — это нервный центр всех образовательных и общественных программ шалиаха, а сам Ребе постоянно требовал расширять существующие центры и открывать новые там, где живут евреи. Поэтому сеть росла не как абстрактный бренд, а как тысячи локальных домов, школ, синагог, столовых, молодежных программ и кризисной помощи.
Четвертый элемент — умение переводить хасидскую традицию в язык современного мира.
Уже после 1951 года Ребе говорил о роли американского еврейства, о личной ответственности, об исторической миссии, и при этом не ограничивал работу одной страной. Его ранние шаги по укреплению сети в Северной Африке, а затем более широкое разворачивание глобальной системы показывают, что он мыслил ХАБАД не как общину «для своих», а как мировую инфраструктуру еврейского присутствия.
Результат известен и количественно. По данным Chabad.org, сегодня 4 900 семей посланников работают через 3 500 институций в 100 странах и территориях. А Конгресс США в законе о Золотой медали 1994 года прямо говорил о центре «более чем 2 000 образовательных, социальных и реабилитационных учреждений», выросшем вокруг его работы. Это важная цифра для вашего текста: мировая сеть ХАБАД — не метафора, а институциональный факт.
Что Украина помнит о нем сегодня
Украинская память о Менахеме-Менделе Шнеерсоне держится не на случайных публикациях, а на документах, городской топонимике, архивных изданиях и живой общинной практике. И это принципиально важно для такой статьи: Украина помнит его не только как мирового Ребе, но и как своего уроженца, чья биография начинается в Николаеве и продолжается в Екатеринославе, нынешнем Днепре. Эта память сегодня особенно заметна в двух городах — Николаеве и Днепре, и в каждом из них она закреплена по-своему.
Первый и самый сильный слой памяти — архивный. Государственный архив Николаевской области опубликовал реестр метрических книг, где прямо указано, что книга николаевской синагоги с актовыми записями о рождениях за 1902–1903 годы хранится как фонд 484, опись 1, дело 1486. Это ещё не опубликованный акт о рождении самого Шнеерсона, но это точная архивная дорожная карта к нему. Для серьёзного исследования это ключевой аргумент: Украина сохраняет не только память о Ребе, но и документальную ткань его происхождения. Именно поэтому разговор о его связи с Украиной опирается не на пересказы, а на реальные архивные фонды. Здесь ваш исходный архивный каркас тоже очень важен.
Второй слой — мемориально-исследовательский. В 2019 году Государственный архив Николаевской области представил книгу «Наш земляк Ребе Менахем-Мендл Шнеерсон. История семьи Лавут-Яновских-Шнеерсон в Николаеве». На официальной странице архива прямо сказано, что в книге изложены биографии трёх поколений семьи Лавут-Яновских-Шнеерсон, «долі яких були тісно пов’язані з Миколаєвом», и дан краткий очерк жизни и духовной деятельности Седьмого Любавичского Ребе. Это очень сильная деталь: речь идёт не о частной брошюре энтузиастов, а о публикации, которую выводит в публичное пространство сама государственная архивная институция. То есть Украина не просто знает, что Шнеерсон родился в Николаеве, а оформляет это как часть собственной локальной истории.
Третий слой — городская топонимика, то есть память, вписанная уже не в архивную полку, а в повседневную карту страны. В Николаеве улица Шнеерсона существует как действующий городской адресный объект: это видно по официальным материалам Управления образования Николаевского горсовета, где фигурирует «вул. Шнеєрсона (Карла Лібкнехта)». Для статьи это важно не только как формальный факт переименования, но и как знак того, что имя Ребе стало частью повседневной городской реальности — не внешним, а местным, николаевским именем. В вашем архивном тексте отдельно зафиксировано и то, что переименование относится к 19 февраля 2016 года и оформлено городским распоряжением.
Но если Николаев хранит прежде всего место рождения и архивную память, то Днепр сегодня хранит уже живую и деятельную память о Шнеерсоне. Здесь его имя присутствует не только в рассказах о семье, но и в городской среде. У Музея истории Днепра есть отдельная страница о улице Менахема-Мендела Шнеерсона, где указана дата переименования — 26 ноября 2015 года. На этой же музейной странице даётся развернутая биографическая справка: рождение в Николаеве, переезд семьи в Екатеринослав, служение его отца в городе, начало лидерства в ХАБАД в 1951 году и роль Шнеерсона в создании института посланников. Это уже не только внутренняя религиозная память, а часть официально доступной городской исторической навигации.
Ещё важнее, что имя Шнеерсона в Днепре существует не как музейная табличка, а как часть действующей еврейской инфраструктуры. Официальная страница еврейского лицея №144 имени Леви-Ицхака Шнеерсона указывает его адрес как 1 Menachem-Mendel Shneerson St., Dnipro, а также напоминает, что школа переехала на эту улицу ещё в 1993 году, когда бывшая улица Минина получила новое имя. Это означает, что имя Шнеерсона встроено не только в память, но и в повседневную образовательную жизнь днепровской еврейской общины. Каждый день оно существует там как реальный адрес школы, а не просто как мемориальная формула.
Четвёртый слой — общинная память, и вот здесь Днепр особенно показателен. В апреле 2025 года в синагоге «Альтер Шул» прошёл фарбренген к 123-й годовщине со дня рождения Менахема-Мендела Шнеерсона. В материале общины сказано, что событие было посвящено именно годовщине рождения Седьмого Любавичского Ребе, а раввин Адам Смилянский отдельно напомнил, что именно благодаря Ребе его личным шалиахом в Днепр стал Шмуэль Каминецкий, создавший современную общину города. То есть память о Шнеерсоне в Украине здесь живёт не только как уважение к прошлому, но и как объяснение происхождения самого современного днепровского еврейского мира.
В январе 2026 года Днепр снова обозначил эту память уже в ещё более масштабной форме. В центре «Менора» прошёл большой фарбренген к Юд Шват, посвящённый 75-й годовщине того момента, когда Менахем-Мендел Шнеерсон принял на себя руководство еврейским народом и титул Любавичского Ребе. В публикации DJC отдельно подчеркивается, что на этом вечере главный раввин Днепра Шмуэль Каминецкий рассказывал, как он прибыл в город в 1990 году по прямому поручению Ребе для возрождения еврейской жизни. Это очень важная сцепка: в Украине Шнеерсона помнят не только как человека прошлого, но и как того, чьи решения продолжают работать через нынешних раввинов, школы и институции.
Есть и ещё один уровень — образовательный. Уже 1 февраля 2026 года в еврейском лицее Днепра прошли специальные мероприятия к Юд Шват, где школьникам напоминали, что именно в эту дату вспоминают Шестого Любавичского Ребе и отмечают начало лидерства Седьмого Любавичского Ребе Менахема-Мендела Шнеерсона, «чиє вчення і сьогодні продовжує надихати єврейський народ у всьому світі». Это особенно сильный штрих: память о нём в Украине передаётся не только через взрослых и архивистов, но и через школьную среду, то есть становится частью воспитания нового поколения украинских евреев.
Поэтому правильнее всего сформулировать так. Украина сегодня помнит Менахема-Мендела Шнеерсона сразу в нескольких режимах. Николаев хранит его как архивный факт, семейную историю и городское имя. Днепр хранит его как часть своей городской карты, действующей образовательной инфраструктуры и живой религиозной памяти. И это, пожалуй, самый важный вывод: память о Шнеерсоне в Украине не сводится к одной мемориальной доске или одной архивной справке. Она существует одновременно в документах, в книгах, на карте города, в названиях улиц, в адресах школ, в фарбренгенах, в школьных программах и в языке современной общины.
ХАБАД в современной Украине
Современный ХАБАД в Украине — это не один центр и не одна громкая фамилия, а разветвлённая сеть общин, школ, синагог, гуманитарных проектов и раввинов-посланников, которые начали приезжать в страну сразу после распада СССР.
Именно в 1990-е годы в Украину один за другим прибыли шалиахи Любавичского Ребе, и с этого момента началось не просто «возрождение религиозной жизни», а системное восстановление еврейской инфраструктуры: от детских садов и школ до общинных центров, ешив, программ помощи пожилым и поддержки семей. Для понимания наследия Менахема-Мендела Шнеерсона это принципиально: его модель ХАБАД не осталась американской или израильской историей, а буквально вернулась на землю, где прошли его детство и юность.
Главным опорным центром этой сети стал Днепр. Именно сюда в 1990 году Ребе направил раввина Шмуэля Каминецкого и его жену Хану как своих посланников. С тех пор Каминецкий стал одной из центральных фигур еврейского возрождения в Украине. Его приезд в Днепропетровск фактически открыл новую эпоху для городской общины: вокруг него начала выстраиваться большая институциональная структура, которая позднее превратила Днепр в один из самых сильных центров ХАБАД в Восточной Европе. В украинской хабадской карте Днепр — это не просто один из городов, а фактический организационный узел, из которого много лет шли образовательные, гуманитарные и координационные процессы.
Одновременно с этим начала выстраиваться и северо-восточная линия. В Харькове с сентября 1990 года живёт и служит раввин Моисей Московиц. Его приезд источники связывают с началом возвращения хоральной синагоги и восстановлением школьной и общинной инфраструктуры. Для харьковской общины это был не просто приезд нового духовного лидера, а старт реальной институциональной сборки общины после советского разрыва. В Житомире в 1992 году, одновременно с возвращением синагоги, прибыла семья молодого раввина Шломо Вильгельма. Со временем именно Житомир стал одним из главных центров западно- и центральноукраинского еврейского пространства, а сам Вильгельм — одной из заметных фигур в хабадской и образовательной жизни страны. Эти две линии — харьковская и житомирская — хорошо показывают, что ХАБАД в Украине не строился только вокруг столицы или вокруг Днепра. Он сразу рос как сеть сильных региональных общин.
Особое место занимает Киев, где нужно различать сразу несколько важных фигур и направлений. С одной стороны, Федерация еврейских общин Украины указывает, что раввин Рафаэль Рутман стал посланником Ребе в Украине в 1993 году, а в Киеве участвовал в создании двух школ и младшего раввинского колледжа. Это очень важная линия именно институционального строительства: речь идёт о киевской образовательной базе ХАБАД, которая начала оформляться уже в первые постсоветские годы. В столице сегодня действует и община Kedem, которую возглавляет Пинхас Вишедский, ранее работавший в Донецке. То есть Киев — это не один центр, а узел, где пересекаются разные хабадские линии, общины и руководители.
С другой стороны, отдельно и обязательно в этом разделе нужно назвать Моше Асмана. Он связан с киевской хабадской средой и с Бродской синагогой, которая в последние годы стала одним из самых заметных символов еврейской жизни столицы. Асман — одна из самых публичных и узнаваемых фигур еврейской Украины, особенно после начала полномасштабной войны. Именно через него киевская линия ХАБАД вышла далеко за пределы внутренней общинной жизни: в гуманитарную работу, в международные обращения, в публичное представительство украинского еврейства. Его нельзя ставить просто в один ряд с городскими раввинами как ещё одного регионального посланника. В современной украинской реальности Асман — это уже отдельный столичный и общенациональный уровень.
Южное и центральное направление сети тоже складывалось поэтапно.
В Запорожье раввин Нохум Эрентрой, после работы в Минске и Днепре, был назначен главным раввином области в 1997 году. В Кременчуге раввин Шломо Саламон приехал в Украину в 1998 году и стал раввином города. В Одессе одним из ключевых лидеров юга стал раввин Авраам Вольф: с 1992 по август 1998 года он был раввином Херсона, а затем в августе 1998 года возглавил одесскую объединённую еврейскую общину. Эта биография особенно показательна, потому что демонстрирует не статичность, а движение внутри украинской сети ХАБАД: посланники работали в одном городе, а затем переходили в другой, усиливая уже более крупные центры.
После этого сеть продолжила расширяться в начале 2000-х годов. В Полтаве раввин Йосеф Сегал живёт и служит с 4 июля 2001 года. В Кривом Роге раввин Лерон Эдери работает с 2002 года. В Черновцах раввин Менахем-Мендл Глицштейн в 2003 году был направлен в Буковину как главный раввин Черновицкой области, а уже в 2004 году организовал создание общины и восстановление синагоги. В Сумах раввин Йехиэль Левитанский переехал в 2004 году и стал главным раввином города. Все эти имена важны не как справочник ради справочника, а как доказательство масштаба: к началу 2000-х ХАБАД в Украине уже был не серией отдельных миссий, а устойчивой национальной системой присутствия.
Нельзя забывать и о востоке страны. В Луганске раввин Шалом Гопин приехал в 1999 году, после чего в регионе были открыты школа, детский сад и другие программы. Это особенно важно в исторической перспективе: ХАБАД в Украине успел укорениться и в тех регионах, которые позднее оказались в эпицентре войны и оккупации. Поэтому современная карта ХАБАД в Украине — это не только карта действующих синагог, но и карта утраченных, эвакуированных или разрушенных центров, за которыми всё равно стоят конкретные семьи шалиахов и десятилетия работы.
Если собрать эту картину целиком, видно главное. ХАБАД в современной Украине — это сеть, которая строилась волнами: 1990–1992 годы дали первые ключевые города — Днепр, Харьков, Житомир; 1993–1999 годы усилили Киев, Запорожье, Кременчуг, Одессу, Луганск; 2001–2004 годы расширили присутствие на Полтаву, Кривой Рог, Черновцы и Сумы. И рядом с этой широкой региональной картой стоит особая киевская фигура Моше Асмана, который представляет уже не просто один городской центр, а публичное лицо значительной части украинского еврейства в военное время.
Именно так этот раздел и должен звучать: не как общий абзац про «возрождение ХАБАД», а как живая карта людей, семей, городов и дат. Потому что в украинском случае ХАБАД — это прежде всего сеть конкретных посланников, которые приехали в конкретные города и годами заново собирали еврейскую жизнь.
Киев и Моше Асман: отдельная линия внутри современной еврейской Украины
Если Днепр в истории современного ХАБАД в Украине — это главный институциональный центр, то Киев и Моше Реувен Асман — это совсем другой, отдельный уровень.
Асман важен не только как столичный раввин и не только как человек, связанный с Бродской синагогой. Он стал одной из самых заметных публичных фигур еврейской Украины вообще: с религиозной, гуманитарной, медийной и отчасти дипломатической точки зрения. И именно поэтому в тексте о ХАБАД в современной Украине его нельзя оставлять в статусе «ещё одного киевского раввина».
Его биография сама по себе объясняет, почему он так сильно выбивается из общего ряда. По данным его официального офиса Моше Асман родился в 1966 году в Ленинграде, в юности был связан с движением советских отказников, а в подростковом возрасте даже был публично назван советской прессой «врагом советской власти». В 1987 году он смог уехать в Израиль, где учился в хабадской иешиве, а позже служил капелланом в ЦАХАЛ и работал с проектом Children of Chernobyl, помогавшим детям из зоны Чернобыля. Для израильского читателя это особенно важно: Асман — это не только украинский раввин, но и человек с израильским опытом, который потом снова вернулся в пространство бывшего СССР уже как религиозный лидер и организатор.
Ключевая дата для украинского сюжета — 1995 год.
Именно тогда по официальной биографии его офиса, Асман был направлен в Киев, чтобы вернуть еврейской общине историческую Бродскую синагогу и заново собрать вокруг неё полноценную общинную жизнь. Синагога была построена в 1898 году, в советское время утрачена для религиозной жизни, а после распада СССР стала объектом борьбы за возвращение еврейской общине. Асман пришёл туда не на готовую площадку: театр ещё оставался в здании, полноценной общинной инфраструктуры не было, и задача состояла не просто в том, чтобы «открыть синагогу», а в том, чтобы превратить её в реальный религиозный и общественный центр Киева.
Это очень важный момент. В случае Асмана Бродская синагога — не просто место службы. Это его главный киевский проект и символ.
После того как театр выехал из здания в 1997 году, Асман возглавил восстановительные работы, и спустя три года синагога вновь открылась. Он прямо объяснял свой замысел так: он не хотел строить «европейскую музейную синагогу», он хотел сделать еврейский дом и еврейский общинный центр. Именно эта формула и делает его особой фигурой: он мыслил киевскую общину не как фасадную религиозную институцию, а как живой центр, способный собрать людей, вернуть им практическую связь с еврейством и выстроить систему помощи, образования и идентичности.
Вокруг Бродской синагоги при Асмане действительно выросла не только молитвенная, но и социальная среда.
С 1995 года он вместе с семьёй занимался восстановлением киевской еврейской жизни через общинные программы, школьное образование, питание для нуждающихся, религиозные службы и инфраструктуру помощи. Даже если часть этих формулировок исходит от его собственной команды, независимые медиа подтверждают общий вектор: Бродская синагога при Асмане стала не просто местом богослужения, а полноценным центром киевской еврейской общины. Это важно для раздела о современном ХАБАД: здесь видна типичная хабадская логика — не отдельно «раввин», отдельно «синагога», отдельно «соцпомощь», а всё сразу, в одном узле.
После 2014 года его роль стала ещё шире. Именно после аннексии Крыма и начала войны на Донбассе Асман создал поселение Анатевка под Киевом — как место для еврейских семей, ставших внутренними переселенцами.
Проект был назван в честь известного местечка из мира Шолом-Алейхема, но был укоренён в украинской реальности: это было не литературное украшение, а реальный ответ на волну вынужденного переселения. В Анатевке появились дома, деревянная синагога, школы и пространство для сотен людей. Для понимания масштаба фигуры Асмана это очень важно: он оказался не только раввином городской синагоги, но и создателем отдельного общинного поселения для евреев, выбитых войной из привычной жизни.
После начала полномасштабного вторжения России в 2022 году именно эта способность быстро переводить религиозную общину в режим экстренного спасения сделала Асмана одной из самых заметных фигур еврейской Украины. Бродская синагога, обслуживающая киевскую общину ХАБАД-Любавич, стала транзитным пунктом для евреев, спасавшихся из районов боёв, а сам Асман был человеком, стоявшим за эвакуационными усилиями. Его официальный офис сегодня заявляет, что структура под его руководством помогла эвакуировать более 40 000 украинцев и продолжает вести масштабную гуманитарную работу; эту цифру лучше подавать именно как оценку его офиса, но сам факт широкой эвакуационной и гуманитарной деятельности подтверждается и независимыми публикациями.
Именно в этот период Асман вышел из рамки чисто религиозного лидера и стал медийным лицом значительной части украинского еврейства.
За последние три десятилетия он сначала вёл киевскую общину, а затем стал заметной фигурой уже на общенациональном уровне; во время полномасштабной войны он ездил на передовую, выступал с международными обращениями, бывал в Вашингтоне и за рубежом поднимал тему российской агрессии против Украины. Его фронтовые поездки, вирусные видео поддержки и его роль человека, который сделал общину центром помощи не только для евреев, но и для гражданских структур и нуждающихся вообще. Для вашей статьи это сильнейший штрих: Асман — не кабинетный раввин и не внутренний коммунальный администратор, а полевой, военный, гуманитарный и публичный лидер.
Есть и ещё один важный аспект — его место в системе военного и общественного представительства.
Вапреле 2023 года церемония назначения раввина Давида Милмана капелланом для еврейских военнослужащих Украины проходила именно в офисе Асмана в Бродской синагоге. Это символично: киевская площадка Асмана стала не только местом молитвы и помощи беженцам, но и точкой, откуда еврейская религиозная жизнь соприкасается с украинской армией и государственной системой военного служения. Для раздела о ХАБАД в современной Украине это очень ценная деталь, потому что она показывает, как община встроилась в реальность воюющей страны.
Именно поэтому о Моше Асмане в разделе о современном ХАБАД в Украине лучше писать не одной строкой, а как об отдельном явлении. Он соединяет в себе несколько ролей сразу: хабадского раввина по происхождению и школе, восстановителя Бродской синагоги, создателя киевского общинного центра, инициатора Анатевки, организатора эвакуации и гуманитарной помощи во время войны, а также одного из самых заметных международных голосов украинского еврейства. Если Днепр даёт ХАБАДу в Украине его институциональный позвоночник, то линия Асмана даёт ему столичное, публичное и во многом человеческое лицо.
Почему это важно именно сейчас
Для Израиля и мирового еврейства история Шнеерсона — это не только история одного гения, но и история того, как еврейская жизнь умеет возвращаться из почти полного разрушения.
Николаев, Екатеринослав, советские преследования, война, изгнание, эмиграция — всё это могло остаться только трагическим рассказом о потерянном мире. Но в случае Шнеерсона произошло другое. Из украинского еврейского опыта выросла глобальная религиозная сеть; а спустя десятилетия эта сеть сама вернулась в Украину — уже в виде раввинов, школ, общин и мемориальной работы.
Именно поэтому формула может быть жесткой и ясной: Менахем-Мендл Шнеерсон — не просто великий еврейский лидер, родившийся на территории нынешней Украины. Он был человеком, чья семейная, духовная и ранняя общественная биография выросла из украинского еврейского пространства; а его наследие сегодня снова присутствует в Украине и как память, и как живая институциональная сеть.
Кремль продолжает демонстрировать отсутствие намерений завершать войну против Украины. Последние заявления из Москвы указывают на попытки расширить конфликт под предлогом «безопасности границ».
По информации ТСН от 5 июля 2026 года, ссылающейся на американский Институт изучения войны (ISW), Владимир Путин нацелился на захват новых украинских территорий и установление полного контроля над Украиной.
Ключевым моментом стало заседание с российскими военными командирами 3 июля 2026 года, на котором Путин вновь поднял вопрос о создании так называемой «буферной зоны» вдоль границы с Россией.
Командующий российскими войсками Евгений Никифоров заявил, что российские силы должны продвигаться в Сумской и Харьковской областях для «защиты» приграничных регионов. Однако на деле это оправдание для новых захватов украинских территорий.
Сумская и Харьковская области вновь стали объектом российской риторики. Обе области граничат с Россией, и Кремль использует их как аргумент для оправдания военных действий, заявляя о угрозах для своих регионов.
Сумская и Харьковская области как следующая цель
Аналитики ISW отмечают, что Никифоров говорил о создании «буферной зоны» в этих областях. Для Украины это не просто военная формула, а реальная угроза для новых районов и гражданских лиц.
По оценкам ISW, российская «буферная зона» остается неопределенной целью, пока существует независимая Украина. Кремль может объявлять новые линии безопасности, оправдывая захваты новыми «буферами».
ТСН подчеркивает, что речь идет не только о военной безопасности, но и о стремлении Кремля к дальнейшей оккупации украинских территорий.
Почему это важно для Израиля
Для израильской аудитории важно не только то, что происходит в Украине. Здесь проявляется более широкая логика: агрессор использует язык безопасности для продвижения своих интересов и разрушения международных норм.
В этом контексте Новости Израиля | Nikk.Agency обращает внимание на то, что российская риторика о «буфере» напоминает политическую упаковку для дальнейшей эскалации конфликта.
Кремль не только оправдывает текущую войну, но и заранее готовит аргументы для ее продолжения, критикуя западную поддержку Украины.
По мнению ISW, Москва использует украинские удары по своей территории как повод для дальнейшей эскалации, а атаки на западную помощь Киеву необходимы для ослабления международной поддержки Украины.
Какие планы Кремля видят эксперты
Профессор Украинского католического университета Ярослав Грицак считает, что Путин заинтересован не только в Донецкой области, но и в всей Украине. Это важный момент, поскольку даже если Кремль не говорит о Киеве так открыто, как в 2022 году, это не означает отказа от идеи подчинить Украину.
Аналитик Джека Бакби отмечает, что Путин изменил подход к войне. В 2022 году Москва открыто говорила о захвате Киева, но сейчас приоритеты сместились.
Киев не первая цель, но Украина остается целью
Изменение приоритетов не означает отказа от главной цели. Кремль может временно сосредоточиться на Сумской, Харьковской, Донецкой или Луганской областях, но стратегически он продолжает стремиться к контролю над Украиной как государством.
Разговор о «буферной зоне» — это не просто техническая деталь, а политический сигнал. Кремль демонстрирует, что не собирается останавливаться на уже захваченных территориях и продолжает искать оправдания для новых атак и мобилизации ресурсов.
Для Израиля, украинцев в стране и еврейских общин, связанных с Украиной, этот сюжет важен, так как война России против Украины стала частью более широкой проверки международного порядка. Если захват территории можно назвать «безопасностью», то любое государство рядом с агрессивным режимом оказывается под угрозой.
